Не хочу больше. У меня внутри все трясется от ужаса, и не только из-за кошмаров, но и от ожидания нового ужаса.

Тут мое сердце вздрогнуло, остановилось на мгновение и снова настороженно забилось.

Мне показалось, что дверь в мою комнату открылась, мелькнул на мгновение рассеянный свет из коридора, и снова закрылась, оставив непроницаемую темноту.

Но кому я здесь нужен? Врагам? Так их у меня нет. Есть только природа и непонятные для меня явления. Я умру не от рук недругов, а от собственной глупости, просто не успев понять, что необходимо сделать для того, чтобы выжить.

Думаю, моим предкам было так же страшно, как мне. На них тоже охотились страшные создания: саблезубые тигры, пещерные медведи, неандертальцы… или это мы на них охотились?

И все-таки кто это мог быть? Дверь не могла сама открыться. Мне показалось, что я увидел светлый очень знакомый силуэт. Жаль, окна не пропускают свет.

Я почувствовал, как рядом со мной кто-то лег на мягкий камень.

Мне сразу стало ясно, кто это, и не только по тихому незаметному дыханию и силуэту, который едва успел разглядеть: узнал по легкому нежному запаху и по тому, как забилось сердце, еще не веря себе.

— Я же тебе никогда не нравился, — прошептал в темноту. — Пришла сказать какую-нибудь гадость?

— Хорошо, что не спишь, — послышался мягкий шепот в ответ. — Не знала, как привлечь твое внимание и не испугать тебя. Ты такой ранимый…

Ранимый? Такого обо мне еще никто не говорил. То, что у меня кожа слоновья, которую мелкой дробью не пробьешь, слышал, а такого никогда.

— Ты же говорила, что я глупец…

— Я и сейчас не отказываюсь от этих слов. Сам подумай: ты сейчас ведешь себя, как умный?

Тут задумался и понял, что Настя права — я действительно тупица. Рядом со мной в постели лежит желанная девушка, от которой сладко сжимается сердце, а я вместо того, чтобы прижать ее к себе, занимаюсь выяснением отношений.

Глупо, но все равно спросил:

— Ты не пожалеешь… потом?

— Конечно, пожалею, и не раз. Если честно, уже жалею. Так что, будем разговаривать или все-таки поцелуешь меня?

Я положил руку на ее тело и понял, что она обнажена. Как и я.

— Но если пожалеешь, то стоит ли?

— Нет, ты точно кретин. — Она повернулась и поцеловала меня. — Разве можно у женщины спрашивать такое?