— Если ты соткан из одних проблем, то иначе и быть не может. Какая беда случилась с тобой на этот раз?
— Встретил в лабиринте тварь, вся из костяных пластин, шипов и рогов.
— И что? — Черепаха меланхолично зацепила следующую фиолетовую водоросль и стала жевать. — Вот и я спрятана в костяном панцире. Это по-настоящему удобно и красиво. Быть мягкотелым, как ты, уродливо и непрактично: каждый встреченный тобой зверь захочет тебя съесть, никто не упустит такой лакомый и беззащитный кусочек…
Я помрачнел:
— Моя сегодняшняя проблема как раз в том, что меня хотят съесть…
— Неудивительно, в силу приведенных мною причин…
— Но умирать не хочется…
— Так же, как всем. Ты сказал: тварь, состоящая из костяных пластин, шипов и рогов?…
— Да.
— Когда-то такие существа приходили сюда, я помню их, они готовились к войне и спрашивали мое мнение. Я их предостерегла, не знаю, послушали ли они меня.
— Они тебя не послушали и отправились на войну. А то. существо, которое хочет меня съесть, находится в лабиринте как раз с тех самых пор.
— Чем закончилась война?
— Поражением. Лабиринт по неизвестной причине закрылся, эти существа оказались отрезанными от своей родной планеты, и их истребили.
— Интересно. — Черепаха на мгновение перестала жевать. — Ты спросил это существо о том, что произошло, когда он находился в лабиринте?
— Он дрался с человеком, и тот бросил в него чем-то тяжелым. Зверь потерял сознание, а когда очнулся, то обнаружил, что остался один и ни один проход не открывается перед ним…
— Любопытно было узнать, что послужило причиной закрытия лабиринта. — Наибу вытащила новую водоросль из воды. — И этот зверь не умер, несмотря на то что прошло много лет?
— Именно так, хотя отдельные пластины потеряли пигментацию.
— Никто не может жить бесконечно долго. — Черепаха перестала жевать. — Есть только одна возможность для этого. Думаю, он носит эту причину с собой. И это то, что явилось причиной закрытия лабиринта.
— Я не понимаю…
— Неправда. — Наибу взглянула мне прямо в глаза, они у нее были усталые и печальные. — Ты давно это понял.