— Очень здорово! Мне нравится.

— Я приготовила тебе чистую одежду. Поешь или сначала помоешься?

— Второе. Весь пыльный, потный. Есть горячая вода?

— Сколько угодно!

Поливая меня из кувшина, жена рассказывала, что вскоре после нашего с Аштией и Ниршавом исчезновения к ней прислали вестового с сообщением и сравнительно небольшой суммой денег. В дальнейшем деньги приносили аккуратно, а вместе с ними — известия: «Нет, пока не нашли», «Нет, ищут». Один из вестовых честно признался, что если бы я пропал один, меня вероятнее всего сразу признали бы умершим, выплатили вдове положенную компенсацию и забыли об этом. Но, поскольку вместе со мной пропала такая «шишка», как госпожа Солор, поиски никто не собирался бросать. И потому, как положено, выплачивали Моресне полную мою зарплату, а не частичную, как до исчезновения.

— Я опасался, что твой отец тут же тебя замуж выпихнет, — сказал я, с наслаждением растираясь полотенцем.

— После смерти супруга положено год ждать, — ответила жена. — А потом бы, наверное, попробовал выдать замуж. Но ведь ты жив, и не о чем тут больше говорить…

— Это да. Ну, что у нас там на ужин?

Уют и покой — вот, собственно, и всё, чего мне сейчас хотелось по-настоящему. Жена, наверное, это чувствовала, а может, просто знала наверняка. Когда Моресна молча хлопотала по хозяйству или рассказывала мелкие местные новости, она становилась такой же составляющей частью домашнего уюта, как чистые простыни и полотенца, вкусная еда, ароматы обжитого, содержащегося в полнейшем порядке житья. Мир этого дома без неё был бы неполным.

Но сейчас, в этот момент, мне вдруг стало любопытно понять, о чём же на самом деле думает моя супруга. Может быть, в мысли женщины и не стоит глубоко вникать, но сейчас, когда голод был утолён восхитительными домашними яствами, и я, чистый, переодетый в чистое, растянулся на мягкой постели, которой только коснись рукой — и уже рухнешь в сон, захотелось большего. В конце концов, то же самое может обеспечить и служанка, которая придёт, сделает на совесть свою работу и удалится к собственным семейным делам и семейным отношениям.

Жена ведь — это не та неведомая сила, которая создаёт чистоту из холостяцкого свинарника, претворяет во вкусное блюдо десяток разрозненных ингредиентов, которые сами собой ни во что цельное не складываются, не тот незримый ветер, что вышибает грязь из ношеных рубашек и превращает скомканное в глаженое. Это ещё и уют в душе, это мягкое облако, в которое можно рухнуть мыслями и чувствами, оставив за его пределами ссоры с коллегами, неприятности с начальством, проблемы с соседями.