Но без очков Воронков почувствовал себя так, будто ослеп. Холмы стали прежними, цвета спокойными, но опасность теперь была невидима.

Он начал щуриться, вглядываясь в кромки холмов. Тем более что те подступали все ближе к дороге. А значит, и опасность была ближе.

— А что это такое, то, по чему ты стреляешь? — поинтересовался он.

Теперь ему казалось, что и без очков он временами видит какое-то марево над песками. Да и «глазки» посверкивали. Может, кристаллы песка искрились, а может, и правда кто-то зыркал…

И вдруг два блика высверкнули прямо-таки рядом, метрах в двадцати.

Сашка выхватил «Мангуста» и вскинул на линию прицеливания. Точно! От видел марево, приближающееся по песку прямо к нему. И взял на прицел.

Но тут поверх ствола «Мангуста» легли два пальца неожиданно оказавшегося рядом ганфайтера.

— Патроны-то побереги! — несколько тревожно и чуть более торопливо, чем требовалось, сказал тот. — Пригодятся еще!

И тут же сам влепил в мигом сгинувшее в сполохе марево заряд из своего оружия. Не целясь, от бедра…

— Пока ты не научишься стрелять не глядя на оружие, целясь кистью, ты не стрелок, — заметил спокойно ганфайтер. — Это как гвозди забивать. Пока ты смотришь на молоток — бьешь по пальцам. Как научился смотреть, куда бьешь, — начинаешь попадать.

Это замечание, сделанное не то чтобы свысока, но со спокойным пренебрежением к любой возможной реакции на него, показалось Воронкову оскорбительным. Уж стрелять-то он мало-мало умел. И за последнее время не раз это предметно доказывал. Так что был уверен в себе и в «Мангусте».

Насторожило другое. Похоже, что ганфайтер не хотел, чтобы стрелял именно он — Воронков и именно из своего оружия — из «Мангуста».

Чем это подозрение было вызвано, Воронков не смог бы объяснить даже на приеме у въедливого психоаналитика. Но почувствовал, что дело обстоит именно так.

И ганфайтер немедленно подтвердил это его подозрение. Он лихо извлек из-под плаща очень похожий на свой пистолет, но поменьше.

— Приспичит пострелять, стреляй из этого, — сказал он. — Режим усредненный, так что насчет установок не парься. Просто целься и жми. Легкое нажатие — сорок пять одиночных зарядов, полное — пятнадцать строенных.

Мельком Сашка отметил, что ганфайтер будто подстраивает манеру речи и словарный состав, откуда-то черпая информацию напрямую. Уж не из Сашкиной ли головы?

Оружие было немного странноватым, чтобы не сказать больше, но интуитивно вполне понятным. Вдобавок порадовал весьма хороший баланс при скромной общей массе. На глаз не больше полкило.

Долгий пеший переход.