Сашка вспомнил вновь тот же анекдот про медведя.

И вскоре впереди замаячил активный такой, подвижный сугроб, который действительно шел навстречу.

Но шел, как Сашке показалось, задом наперед.

Реальность снова подкинула сюрприз.

Белый бычок или, вернее, плотоядный козлище, действительно был крупной тварью.

Встретился он довольно быстро.

Похоже, шел на запах чума. Или действительно на запах охотников. Не то на легкую добычу позарился, не то и вправду собирался добычей стать, как это понимал себе шаман.

Тут Сашка не разобрался.

Зверюга был размером с матерого белого медведя. Косматый. Именно такой твари принадлежали гривастые бело-пепельные шкуры. Только вот голова у твари была голой, морщинистой и покрытой пупырчатой красной кожей. Она, как у черепахи из панциря, выдвигалась из гривы на красной же голой шее с обвислой складчатой кожей. Рыло песье, длинное. На макушке кривые, загнутые назад козьи рога.

Вот с этой головой вышло нехорошо. И смех и грех, как говорится.

Сашка действительно сначала не мог понять, то ли они с шаманом догоняют существо, то ли оно само идет к ним задницей вперед, потому что видел он только воронку в шерсти, куда прячется от холода голова.

Когда очутились на опасном расстоянии, то шаман передал, сопровождая мяуканьем: «Сейчас помогать умирать будем». Но при всей бодрости этого заявления тревога чувствовалась в нем нешуточная. Зверюга ростом с лошадь. И Сашка почувствовал, что у шамана адреналин зашкаливает. Так, что даже малость передалось и ему.

И тут Джой, великий представитель первопредка, поломал всю тактику и стратегию. Он в несколько лихих, каких-то мячиковых прыжка наскочил на зверюгу и залаял. Причем не столько злобно, сколько озорно. Будучи еще щенком, он так приветствовал велосипедистов.

Эта неуместная шалость первопредка совершенно выбила почву из-под ног у шамана. Он растерялся…

И тут из того места, которое Сашка воспринимал как задницу зверя, по-научному — анус, а в просторечии — срака, высунулась эта самая омерзительная морковная морда с рогами и, щелкнув челюстями, атаковала Джоя, выстрелив в его сторону молниеносно на длинной и гибкой шее.

Когда же попытка схватить Джоя не удалась, зверюга выставил в сторону собаки козьи рога, намереваясь так держать его на дистанции.

Шаман ахал в полном непонимании, как теперь вести охоту.

Но сердиться на прародителя не позволял себе даже в глубине сознания.

Только Сашка не усомнился в том, что ему делать.

«Мангуст», очутившийся в руке, рявкнул. Гулкое эхо разнеслось по заснеженной пустыне.