Чутье продолжало молчать. Словно они были слишком далеко от зоны боев. Но в этот вариант Музыкант не верил, так как вряд ли Доцент заставил бы их всех топать пешком через весь город, от окраины до окраины. Это чересчур долго — проще и, главное, быстрее было бы тогда доехать на машине. Была еще одна мысль, хотя Олег и ее не хотел принимать за единственно верную: он что-то сделал неправильно, оступился где-то на сомнительном пути того, кто отличается от других, и теперь несет наказание. Если бы Музыкант принял такое объяснение, ему пришлось бы признать, что непонятная интуиция, позволявшая ему на расстоянии чуять врагов, действует сама по себе, обладая сознанием, если не разумом. Верить в то, что внутри него живет нечто, не поддающееся пониманию, да еще и с собственной волей и, скорее всего, собственными целями, ему не хотелось.

Музыкант поменьше тем временем обратил внимание на следы копоти и выбоины от пуль на стенах, россыпи стреляных гильз под ногами. Кое-где в дрожащем свете блеклых лампочек виднелись темные пятна — кровь, хотя Олег не заметил ни одного трупа. Кровь, гильзы и копоть говорили о том, что здесь шел бой, а отсутствие мертвых тел свидетельствовало о том, что либо бой не был интенсивным, либо люди успели унести своих погибших, чтобы похоронить, а крыс — сжечь, чтобы не гнили, распространяя заразу. Оба варианта друг другу не противоречили. Но в пользу первого — что здесь вряд ли дрались слишком жестоко — говорило то, что Доценту логичнее было бы привести Олега к району боевых действий какими-нибудь задворками, если уж ему так хотелось, чтобы их вдвоем видели как можно реже.

Интересно, насколько хорошо он понимает мотивы действий Доцента?

Как раз тогда, когда Музыкант, отказавшись от поисков своего загадочного чутья, задумался над этим вопросом, штабист тронул Васяню за плечо. Тот послушно остановился. Вслед за ними остановились и Олег с Пашиком.

— Так, — сказал Доцент, — почти пришли. Считай, Олег, что где-то здесь проходит линия фронта. Это, кстати, очень похоже на правду. Ну что, мой друг, признайся, только честно: ты и на самом деле можешь отыскать эту дрянь с дудкой? Как-то почувствовать, ну, или еще что-то?

Он неопределенно пошевелил в воздухе расслабленными пальцами, изобразив какую-то странную фигуру. Какой я тебе друг, хотел было огрызнуться снайпер, но не стал. Вместо этого приложил палец к губам, веля всем помолчать, и попытался заглянуть внутрь себя в очередной бесплодной попытке найти и вытащить на поверхность свое тайное шестое чувство.