— Ты не поверишь, но мы собираемся выиграть. В смысле, совсем выиграть.

— Может быть, у вас это и на самом деле выгорит. Придешь поговорить?

— Куда?

— Тут недалеко. Я сейчас один. Пообщаемся? Может, у нас больше никогда не получится просто сесть и сказать друг другу что-нибудь.

Олег на мгновение задумался. Ловушка? Да нет, вряд ли. Смысла нет. У Флейтиста было уже столько возможностей разделаться со снайпером, что маловероятно, чтобы именно сейчас ему захотелось довести дело до конца. Разве что из особо изощренной мести: напоследок, перед окончательным поражением, побольнее укусить врага. Ну так и Музыкант не вчера родился.

— Я тебе расскажу про дорогу, — продолжал увещевать Олега говорящий крыс.

Музыкант наконец решился.

— Ладно. Жди.

Он повернулся к терпеливо ожидавшему Доценту.

— Извини. Я ухожу.

— Могу ли я поинтересоваться, куда? — холодно спросил штабист.

— Все за тем же. Крыса, играющая на флейте.

— Ага. — Глаза Доцента обрадовано блеснули в темноте тоннеля. — Значит, ты все-таки решил довести дело до конца?

— Нет, — разочаровал его Олег. — Я не за этим ухожу. Поговорить. И, может быть, я вовсе не буду его убивать.

— То есть? Почему? Объясни, — потребовал штабист.

— Я не стану его убивать, — упрямо повторил Олег. — Если он пообещает не вмешиваться, остаться в стороне, — не стану.

— Олег, — мягко, словно объясняя элементарные вещи ребенку или дураку, сказал Доцент, — ты не понимаешь. Хорошо, ты спасешь ему жизнь сейчас. А что потом? Это уже давно война на уничтожение. Останемся либо мы, либо они, и по всему выходит, что мы побеждаем. Мне тоже не нравится отдавать такие приказы, отправлять людей расстреливать крысиных стариков и жечь огнеметами их, мать этих крыс за ногу, ясли. Но такая жизнь у нас с тобой. И если он останется в живых сегодня, его все равно придется убить завтра. А так как лучше тебя никто с этим не справится, то пойдешь на задание именно ты. Так что к чему эта отсрочка?

Это звучало очень убедительно. Против этого крайне трудно было возразить. Это было чертовски логичным.

И все-таки Музыкант знал, что не все в этом мире управляется холодной логикой. Иногда шампанское достается лишь тем, кто рискует. Этот нехитрый закон понимали многие люди и даже одна крыса, а это означало, что он может оказаться верным.

— Нет, Доцент, — возразил снайпер, — я придумаю выход. Воюйте. Побеждайте. Уничтожайте. У вас это здорово получается. Нет, это не сарказм, это серьезно. Крысы — это враг, здесь все ясно. Если бы это было не так, я бы с ними не сражался. Но сейчас я поищу другой выход.