Так или иначе, день испорчен окончательно. И Рик куда-то задевался. Где он вообще пропадает? Вот снова звонят у ворот.

Визиты соседей продолжались три дня. Ветка принимала их, беседовала о погоде, о видах на урожай, выслушивала сплетни и политические новости. Кстати, были новости и о том, что все графы Вальдинии присягнули на верность особе женского пола, которую в глаза не видели.

Всем пришлось объяснить, что они с мужем здесь на правах гостей, что имение, титул и обязанности перед сюзереном остаются у прежней их владелицы и исполнительницы – доньи Ванессы. Относительно себя тоже удалось воспользоваться заранее придуманной заготовкой. О том, что матушка ее мужа – Регина Патриция Бакстер – сочла за благо отказаться от своих прав и укрыться в местах, каковые просила держать в тайне. Что сын ее, в свою очередь, также не претендует на поместье в силу тех же причин. Однако желание познакомиться с этими местами и возможность приобщить детей к богатой и древней культуре Вальдинии, а также гостеприимство доньи Ванессы… И так много раз подряд.

Рик появлялся перед каждым визитером, выслушивал восторги по поводу сходства со своим дедом и незаметно удалялся. Его супруга продолжала занимать гостей.

Следующий день прошел по тому же сценарию. Но после ужина, когда Рик выскользнул из столовой, Ветка шмыгнула следом. Пройдя коридором, благоверный остановился перед запертой дверью, достал ключ и огляделся. Увидев, кто его преследует, измученно улыбнулся, отомкнул замок и пропустил жену вперед.

В библиотеке царили роботы. Вся полудюжина листала многолетние стопы газет, пытаясь разложить их по порядку. Бегло взглянув, Ветка сообразила, что здесь три издания примерно лет за пятьдесят. Конечно, сложены вперемежку и не всегда подряд. Да и не в одном месте, разумеется. И сейчас идет работа по их сортировке.

Взяв очередную газету, робот ярко освещал первую страницу и замирал, затем направлялся к полосе, выложенной на полу из газет, и помещал свою находку в соответствующий ряд и на ее место.

– Ужасно медленно работают. И путают. Постоянно приходится контролировать.

– А каким образом они читают? Здесь два издания на эрвийском и одно на китанском. А вот еще на зугрельском.

– Вот потому и путают. Мне никак не удается ввести в них достаточно корректные критерии принятия решения. Робот не так пластичен, как компьютер, их перепрограммирование ограничено теми функциями, для которых они предназначены. Обрати внимание. Ни одной проблемы с листами бумаги. Не сомнут, не порвут, но почти каждый сунут не туда. Это роботы-денщики. Чтение почтового адреса в них закладывалось изначально.