Ветка неторопливо проходит по залу, маневрируя между группами нарядных дворян. Сейчас, пока не звучит музыка, идет подготовительный период. Кавалеры приглашают дам на предстоящие танцы, перечень которых известен заранее. Группы молодых людей знакомятся, представляя друг друга. Матушки и отцы семейств держатся на заднем плане, присматривая за отпрысками.

В периферийной части зала за рядом колонн собираются группы мужчин, обсуждающих важные политические новости, и стайки женщин, щебечущих о сущих пустяках. Мягкие диваны, пуфики и столики с напитками располагают к неспешным беседам.

Миновали почти всю северную стену, а Веткина спутница только изредка кивает малознакомым людям. Снуют лакеи с подносами, на которых искрятся бокалы и грудятся закуски.

Мичман Белкина выглядит обескураженной. Никого из тех, на кого хотела бы посмотреть Ветка, встретить не удается.

– Их всех объявляли. Жены и дети здесь, – недоумевает она вслух. – Куда все подевались? Кстати, как мне вас все-таки называть?

– Веткой. А мне вас?

– Риммой.

– Дети с вами?

– Сын уже срочную отслужил. Ходит на торговом судне. Дочка здесь, на балу. Первый выход.

– А я вас отвлекаю.

– Вацлав очень внимателен. Кстати, я наблюдала ваш бой у Акульих Зубов. Восхищена.

– Пороть меня некому. Подвергла корабль неоправданному риску. Совсем глупый поступок. Мальчишество. То есть, скорее, девчачество. До сих пор ноги подкашиваются, как вспомню.

– Со стороны выглядело, как будто вы просто расправились с противником.

– Море было пустынно. Ума не приложу, откуда были видны мои художества.

– Тогда строили сигнальную башню на Западном Клыке. Оптику уже завезли. Сигнальщики не отрывались от окуляров. Я ведь всю службу в подразделениях наблюдения, оповещения и связи. И исключительно на берегу. Завидую вам.

– Сочувствую. Сама хлебнула штабного служения. «Элиза, подайте новое перо». «А мне, пожалуйста, без сахара».

– Так вас тоже не пускали плавать?

– Вообще-то мужики правы в своем шовинизме. Наше дело – дом блюсти, детей растить, мужа баловать. Недавно видела, как встречает китанская княгиня своего князя вечером. Умытая, в шелка наряженная. Мальчонку убаюкала и готовит вкуснятину, слушая, не застучат ли копыта у ее шатра.

Римма взглянула на Ветку с недоумением.

– Это вы убедили князя Ли в необходимости союза с Островами?