Я бегло просмотрел статьи: «Прыжок в девятиэтажную пропасть», «Жертва неразделенной любви», «Одной ногой в смерть». В основном, гадали, прыгнул ли парень солдатиком или «нырнул» головой вперед, как говорили некоторые очевидцы.

Мелочи. Какая разница, как он прыгнул?

— Юер не имеет своего пространства, поэтому эксплуатирует чужое, — просвещала меня Нюргуяна. — Он имитировал сон девушки в том помещении, где покончил с собой. Узнав о смерти, девушка получила тогда глубочайший комплекс вины. Теперь любое, даже незначительное упоминание, делает ее уязвимой. Она даже отказалась учиться в этом корпусе, попросив перенести занятия.

— Да, — согласился я. — Он хорошо ее напугал. Она мне чуть руки не выкрутила со страха.

— Юер стремится подавить волю кут, без этого он не может ее забрать. Вы пробовали удержать в руках рвущуюся в небо птицу? Юер выматывает, нагоняет страх. Скоро девушка будет бояться засыпать… А когда все же забудется в полудреме — клетка захлопнется. — Нюргуяна печально уставилась в пустую чашку.

Саша лежала ничком на разворошенной ночью постели и молча смотрела в потолок. Кукушка на электронных часах давно отбила восемь утра. Вставать не хотелось. Мама несколько минут стучала в комнату, но потом ушла. Сквозь дверные щели из кухни доносились запахи свежесваренного кофе с выпеченными с утра булочками. Прежде Саша только при мысли о завтраке первым делом бежала на кухню, но сейчас не хотелось вообще ничего.

Думы о ночном кошмаре не давали покоя. Омрачало то, как она отчетливо помнила все детали. Услужливая память, как назло, подсовывала самые неприятные моменты пережитого, от которых так хотелось избавиться. Раньше сны были отрывочны, чаще — нечеткие и никогда не запоминались, но сегодня, как специально, сделали исключение.

Девушка до сих пор вздрагивала при одном только воспоминании о зловещем дыхании за спиной. Она почему-то догадывалась, кто гнался за ней…

Дверь открылась, и в комнату зашла мама, затянутая в привычный бордовый халат. Еще секунду дожевывала булочку.

— Александра! — взгляд был преисполнен укоризны. — Тебе на учебу идти, а ты еще не умывалась.

Мать совсем не обращала внимания на неестественно гнетущее состояние дочери. «Впрочем, — подумала Саша, — ей просто не хочется еще раз напоминать мне об этом». Допросы следователей закончились только вчера вечером.

Александра вяло сползла с кровати и потянулась за одеждой. В конце концов, она ни в чем не виновата. Но от презрения к самой себе это не спасало.

Осень в Якутске не похожа на осень других городов. Вместо желтых листьев кружат белые снежинки, и еще по-летнему теплые солнечные лучи бесследно тонут в мерзлом, покрывшемся за ночь ледяной коркой снегу. День теряет былую пестроту, и вместо улыбчивого прежде солнца на небе висит его бледная тень. Те, кто раньше любил вечерний аромат уличных огней, нынче заперлись в квартирах, предпочитая свет домашнего электричества.