Он не очень-то верил в эти мистические штучки-дрючки, всякие "летающие тарелки" и "снежных людей", но понимал, что подоплекой любой мистики могут быть обычные и не очень человеческие деяния.

— Да ведь нету там никакой компании, — махнул рукой Пухов. — Это я её так называю, что б, ну, хоть как-то обозначить. Девчонки-то давно выросли, по разным домам разъехались, вот и школу закончили в прошлом году. Одна — на комбинате работает, вторая уехала из города, в институт поступила, третья пока бездельничает, вроде как, себя ищет, а я думаю, что просто замуж собирается, не хочет нигде особо пристраиваться, что б потом не рвать по живому, к рабочему коллективу-то привыкаешь не хуже, чем к родителям или дворовым друзьям-подругам.

Но это только во-первых. Во-вторых, на такие дела серьезных людей отвлекать смысла нет. Это не оперативная надобность, ни шпионы заграничные, ни диверсанты или какой еще подрывной элемент, непосредственно безопасности страны угрожающий. Стажерок брать тоже не хочется, они же, как любой стажер, подвигами грезят, достижениями, славой, а тут нужно просто походить вместе на танцы, в кино, поговорить, послушать, авось, что и прояснится.

Ну, и третье. Пробовали мы этот вариант. Не в том смысле, что кого-то внедряли, а просто поручили сотрудникам местным с той девчонкой, что на комбинате работает, потоптаться месячишко… ну, быть постоянно рядом, приглядывать за контактами. Так вот, проделали такую комбинацию несколько раз. И, значит, местных привлекали, и своих людей давали, иногородних, пришлых, то есть. И всё в пустую. Не получается этот контакт мистический, когда с ней кто-то рядом из тех, кого не было тогда в лагере… Плохо сказал? Ну, пока рядом с девчонкой посторонние, никто на контакт не идет. Если она одна или с теми же подругами, с кем в лагерь ходила, то — получается. Уже через пару дней они свои "страшные сказки" по всему городу рассказывают… Как"…вышел из зыбкого тумана черный человек, посмотрел на нас железными глазами…", ну, и так далее…"

— А на самом деле кто выходит? — усмехнулся Паша, внимательно прослушав рассказ Пухова. — Зеленые человечки или маленькие разумные динозавры?

— Кто-то выходит, — укоризненно ответил Егор Алексеевич. — Иначе бы я к вам не обратился с просьбой. Понимаешь, исчезает материал из отвалов. Пропадает как раз в смену этой девчонки. И не надо говорить, что это пустая порода. То, что может быть использовано хоть через сто, хоть через тысячу лет — сегодня уже стратегическое сырье.

— Так ведь с нее же за пропажу и спросить можно? — уточнила Анька. — Кем она там на комбинате? Завскладом?