Лакиши сделали лучший выбор из существующих. Имея возможность всесторонне изучить хибранийский стиль, Тиброн мог сказать, что если кто-то и сможет выполнить задание на Цитадели, так только они. Бывшего шаари до сих пор восхищала легкость, с которой наемники захватили его бывших собратьев на Клебре.

Ален выжидал, Сабола продолжала смотреть головидение.

– Уделите мне несколько минут, Джер, – попросил Тиброн. – Важно.

– Хорошо.

Ален кивнул в сторону спальника, где царил образцовый, как в казарме, порядок. Кресло Тиброна вплыло внутрь, следом вошел наемник, дверь закрылась. Аппарат автоматически впрыснул в кровь Ламаса дозу успокоительного. Румянец вернулся на его обычно восково-бледные щеки.

– Хочу, чтобы вы мне помогли, Джер. Повлияйте на Фиту.

Наемник свернул полотенце и положил его на полку.

– Вы о чем?

– Видели, что она делает с Фаннуром Грифом?

– Ведет переговоры.

– Переговоры? Она его пытает, причем абсолютно беспричинно. Он дал согласие сотрудничать и даже требований не выдвигает! Я только что из лаборатории – Фита полчаса пропускала через Грифа ток. Потом активировала наниты, атаковавшие нервные центры. Вы бы слышали, как он кричал.

– Люди смертны. Шаари, как я понимаю, тоже, – заметил Ален.

Автоматически растворилась комната-гардеробная, внутри включился свет. Хибраниец вошел внутрь, оказавшись между двух рядов висящей на плечиках одежды, и сбросил полотенце. Одевался не торопясь, давая возможность Тиброну выплеснуть эмоции. Бывший шаари не мог похвастаться воспетым в легендах хладнокровием.

«Слишком очеловечился, потеряв свою силу», – подумал Ален, надевая нечто вроде пижамы. Те же шмотки с удовольствием носила и Жанна, обожающая натуральные материалы.

Кожа дышала – это было хорошо.

– Фита безумна. Она мясник. Маньяк. Садист!

– Да. А еще она тут главная.

– Тут главный Валак Виида, но сейчас он на Таглиане, и лакишка этим пользуется, чтобы творить, что ей вздумается…

Ален с удовольствием устроился в просторном кресле на другом конце комнаты.