– Пока на своей собственной. Твои слова слишком…
– Понимаю.
– Я должен понаблюдать сам.
– Я приму любой твой выбор. Но помни, мне нужны союзники.
– Что ты там говорил насчет Клебры?
– Мы пошлем группу шаари для расследования и известим об этом Совет. Пусть знают, что происходит. С моей стороны это будет демонстрацией добрых намерений. А пока идет расследование, мы здесь предпримем кое-какие шаги.
– А что будет делать шаари на самом деле? – спросил фехтовальщик.
– Именно это. Я хочу знать, что случилось с Фаннуром, Керволом и Мией. – Глаза Глеша снова вспыхнули интересом, усталость как рукой сняло. – Интересная деталь, Понзес. Именно Гриф – первый кандидат на главного возмутителя спокойствия. Мысли о свободе постоянно не давали ему покоя, он несколько раз поднимал эту тему в разговорах со мной. Я, конечно, продолжал играть роль хранителя догматов. Но очевидно, мои слова уже не имели над его разумом такой власти, как раньше.
– Думаешь, он сердце будущего мятежа?
– Да. Потому и нужно его отыскать.
– А сестра Фаннура?
– Наверняка он ее обратил. И Кервола Элетейна.
Понзес подумал.
– Или… между ними случилась ссора, и они поубивали друг друга, – предположил он.
– Не исключаю. У нас нет сведений. С тем же успехом их могли захватить лакиши. Отправь Тирну Коракс и еще парочку бойцов на Клебру. Пусть ищут следы.
– А если они просто сбежали?
Такая мысль не приходила Глешу в голову.
– Пускай Тирна все выяснит. Держи меня в курсе. А насчет
Понзес сдержал гримасу отвращения – Глеш уже мысленно записал его в ряды собственной партии. Но Хауш еще ничего не решил. В его голове было слишком много сумбура, чтобы выбрать правильный путь прямо сейчас.