– Тебе так дорога твоя жизнь?

– Представь себе.

– Но, помогая им, ты заслужишь право жить.

– Благодарю, Архонт, за такую милость! Постой, ты же говорил, что Шогг может прикрыть проект. Так в чем же дело? Пускай он сделает это, если ваши интересы совпадают.

– Если Совет закроет проект, то шаари будут убиты. Если шаари восстанут и сами положат конец своему рабству, у них появится шанс.

– Но Шогг может просто поставить на твое место кого-нибудь другого, – заметил Понзес.

– Это будет равносильно первому варианту. Шаари ликвидируют, на их место придут новые. Все начнется заново. И нас, наставников, скорее всего, ждет участь «призраков».

– Почему?

– С точки зрения Спикера, в наших головах может остаться вирус неповиновения. Кто знает, какие всходы даст это зерно? – Глеш улыбнулся. – К тому же мы – лишние свидетели, и никто не поручится, что мы не станем болтать. Спикеру не нужно, чтобы во Внутренней Сфере узнали о случившемся.

Понзес сидел неподвижно.

– Ловко ты все обставил, Глеш, – наконец проговорил он. – Я вроде как в ловушке теперь, да?

Архонт устало улыбнулся.

– Я лишь попытался воззвать к твоему разуму и совести.

– И все-таки припер к стенке. Правда считаешь, что Шогг способен убрать нас?

– Уверен, это он держит в голове. Сейчас я и он взяли паузу. Чем дальше, тем меньше у меня шансов выкарабкаться невредимым – у меня одного. Совет пытается ловить каждый мой шаг.

– Понятно. Значит, и наставники под колпаком?

– Да. Кроме, может, тех, кто успел тайно выразить Спикеру свою лояльность.

– Пятая колонна…

– Скорее, это название для меня и… моих потенциальных союзников, Понзес. Так на чьей ты стороне?

Наставник помотал головой, точно пытаясь сбросить гипноз.