Так что пришлось капитану Соломину осваиваться на новом месте, ругая посредственную корабельную архитектуру японцев и маленькие, по сравнению с «Эскалибуром», размеры и самого корабля, и, соответственно, внутренних помещений, от кают до капитанского мостика включительно. Радовало одно – операция не должна была затянуться надолго, а значит, очень скоро можно будет вернуться на свой корабль. Если живой останется, конечно, – собственно, поэтому Соломин и перебрался на «Идзумо», что кораблю придется, по плану, рисковать намного больше, чем остальным, а капитан не считал возможным посылать своих людей на смерть раньше себя.

Вместе с Соломиным с борта своего корабля вынужден был уйти и Петров, очень недовольный тем обстоятельством, что на него свалили переговорный процесс, тем более с борта транспорта. Однако капитан настоял, аргументируя тем, что «ты заварил кашу – тебе и расхлебывать, и вообще, ты профессионал и справишься лучше, а то я психану да по-своему уговаривать начну – живо лечить некого станет». Зная склонность Соломина к разговорам на языке главного калибра, Петров согласился на роль главного дипломата, хотя и ворчал недовольно по поводу наглой эксплуатации всякими пиратами офицера имперской разведки.

В общем-то, оставалось только поаплодировать тому, как Петров по закрытой линии связи вел переговоры с местным правительством. Уверенно нажимал на кучу лекарств, находящихся на борту, на их запредельную цену (и то и другое было, в общем-то, правдой) и на то, что готовы помочь, но… Цену, в общем, Петров тоже озвучил, причем на все разом. С другой стороны, лекарства можно и даром получить, однако есть, опять же, «но»… И дальше шел список условий, которые, по сути, сводились к одной мысли – хозяин груза признается пожизненным диктатором с чрезвычайными полномочиями. Ну а если не согласны – извините, лекарства можно продать и еще куда-нибудь, а то мы сами люди небогатые, подарки дарить не любим.

Ну а дальше все пошло по заранее разработанному сценарию. Пока шли переговоры, со своих парковочных орбит снялись четыре фрегата – весь флот Нового Амстердама, и корабли эти решительно двинулись на перехват транспортов. Как и предполагалось, правительство планеты не удержалось от соблазна заполучить ценный груз на халяву, попросту захватив транспортные корабли. Банальная, абсолютно предсказуемая ситуация. Несколько минут спустя по транспортным кораблям был сделан первый, предупредительный выстрел.

С этого момента, заглушая все планетарные станции, по всем каналам пошла трансляция информации, по содержанию несколько отличающаяся от звучавшей ранее. Теперь упор шел на то, что мирные корабли прибыли с лекарством для всех жителей планеты, а коварные правители, вместо того, чтобы обеспечить их раздачу, совершили на эти корабли пиратское нападение, и т. д., и т. п. За последние столетия русские хорошо научились вести информационные войны.