– Ну, что скажешь? – с усмешкой спросил Петров Соломина. Офицеры стояли на мостике «Идзумо», с интересом наблюдая за приближающимся противником.

– А что тут говорить? Хорошо идут, красиво – как на параде. Маскировку включить даже не пытаются. Наверное, рассчитывают, что мы такого количества противников убоимся и просто сбежим, при этом понимая, что совсем уж незамеченными подобраться не смогут. Вполне логичное поведение, я бы поступил на их месте примерно так же.

– Примерно – это значит, не совсем? И как бы ты поступил?

– Да просто. Они сейчас идут строем фронта, это чтоб мы, значит, увидели и ужаснулись. Все напоказ… И выставили для этого все корабли. Я бы хоть несколько штук пустил чуть в стороне, замаскировав – так, на всякий случай. Но с «Эскалибура» радарами все обшарили – ничего нет. Это признак или самонадеянности, или просто некомпетентности.

– Может, еще какая-нибудь причина есть?

– А какая разница? Их всего пятнадцать. Хорошее прибавление нашему флоту, хе-хе… Главное, чтобы ребята не перестарались и не распылили их в азарте. Проследи за этим, лады?

– Я вообще-то здесь буду.

– Хрен ты здесь будешь, надо будет – скручу и на «Эскалибур» в упаковке отправлю. «Идзумо» сейчас наиболее уязвимый из наших кораблей, и находиться он будет в самом пекле, и случись что, кто-то должен уцелеть и довести дело до конца. Не зли меня, ладно? Дуй на флагман, и лучше прямо сейчас, пока они наши маневры не отслеживают. А то заинтересуются еще – чего это у нас боты непонятно куда летают?

Петров попытался было возразить, но их прервал вызов по личному капитанскому каналу. В принципе, вызывать мог любой из членов экипажа, но вряд ли кто-то решил бы сделать это без крайней нужды – линия считалась резервной, аварийной, и забивать ее пустыми разговорами категорически не рекомендовалось. Поэтому Соломин удивленно поднял брови, переключая канал, но вот громкость приглушить забыл, что в следующий момент вызвало здоровый и жизнерадостный хохот у всех, находившихся в тот момент на мостике.

– Если с тобой что-нибудь случится, я тебя на том свете достану и прибью, – выдал коммуникатор голосом Бьянки и отключился. Соломин смог только рот открыть на такую наглость, но его товарищи оценили ситуацию по достоинству. И больше всех старался Петров – скотина! Нет чтобы посочувствовать старому товарищу…

– Да, старик, ты попал, – выдавил сквозь слезы разведчик. – Теперь тебе точно деваться некуда.

– Да я… я… я эту дуру…

– Почему дуру? – вмешался старший артиллерист корабля. – Вполне адекватная, я бы даже сказал, умная дама.