Но к тому времени меня это совершенно не волновало. Потому что мой успех тогда, в дядиной библиотеке, указал мне путь, по которому следовало идти. Я начал продумывать технику манипулирования людьми. И вскоре уже вовсю шагал по дороге к цели — к силе и свободе.

Глава 5

Глава 5

Все же, несмотря ни на что, та сцена в библиотеке торчала у меня в памяти, словно заноза.

За все пять лет, что я успешно поднимался по иерархической лестнице службы новостей, я ни разу не получил от Эйлин ни единой весточки. Я был знаком со множеством людей, но не мог сказать, что у меня есть друзья. А Матиас был для меня просто ничем. И наконец сначала смутно, но затем все более и более отчетливо я стал осознавать, что абсолютно одинок. И что я совершенно напрасно воспользовался способностью манипулировать людьми в отношении единственной женщины, которая по-настоящему меня любила.

Именно осознание этого спустя пять лет и привело меня на Новую Землю. Я спускался по склону развороченного тяжелой артиллерией холма, находившегося в зоне боевых действий враждующих группировок Северного и Южного разделов Новой Земли. Профессиональные военные составляли лишь костяк обеих армий — со стороны как Северных, так и Южных. Войска мятежников Севера более чем на восемьдесят процентов состояли из подразделений наемников, нанятых на Квакерских мирах. Шестьдесят пять процентов Южных — рекруты с Кассиды, нанятые по контракту властями Новой Земли; именно последнее и привело меня сюда, и теперь я пробирался среди груд развороченной земли и стволов поваленных деревьев по склону холма. Среди рекрутов нужного мне подразделения находился молодой сержант по имени Дэйв Холл — человек, за которого когда-то вышла замуж моя сестра.

Моим проводником был тридцатилетний пехотинец верных правительству войск Южного раздела, уроженец Новой Земли. Казалось, он получал удовольствие, наблюдая, как мои городские туфли и форма журналиста все больше пачкаются землей и мхом. Спустя шесть лет с того знаменательного момента в Конечной Энциклопедии мои личные способности стали настолько естественными для меня, что у меня ушло бы лишь несколько минут на то, чтобы полностью изменить его мнение обо мне, но сейчас оно было мне глубоко безразлично.

Наконец он привел меня к пункту связи у подножия холма и представил офицеру с тяжелой квадратной челюстью и темными кругами под глазами. Офицер, на вид лет сорока, был уже староват для полевой службы, и возраст явственно давал о себе знать. Более того, угрюмые легионы квакеров недавно довольно основательно потрепали полуобученных рекрутов Кассиды, противостоявших им. Так что меня ничуть не удивило, что он смотрел на меня столь же кисло, как и мой проводник.