— Ты у Батлая спроси, — спокойно изрёк Арсений Олегович. — Полагаю, ты давно понял, что Батлаю можно верить, как самому себе. Или даже чуть больше…

Сомневающийся перевёл взгляд на узкоглазого, сидевшего с непроницаемой физиономией. Батлай коротко, значительно кивнул. Брюнет сразу смешался, как-то виновато зыркнул в сторону Лихо со товарищи. Замолчал, не пытаясь больше никого подозревать.

Блондинка со скрытым интересом покосилась в направлении бурята.

«Любопытный фрукт таёжного розлива. — Лихо отвела взгляд. — Сдаётся мне, что у мужчины имеется некая разновидность того, что наличествует у меня самой. Одарённый…»

— Кто пойдёт со мной и… — бывший глава «Утопии» посмотрел на бурята, — и Батлаем, поднимите руки.

Руки подняли все. Птицелицый вскинул свою грабку одним из первых, сработав тем самым на авторитет хозяина Селенгинска. Желающих остаться не оказалось.

Арсений Олегович кивнул, и руки опустились — неторопливо, чуть вразнобой. Лихо тихонько вздохнула с неописуемым облегчением. Весь разговор, произошедший в её присутствии, был полностью чистым, без каких-либо добавок того, что заставило бы блондинку включить режим недоверия.

— Вам есть что добавить? — Арсений Олегович с капельку просветлевшим лицом глянул на блондинку. — Может, какой-то план уже созрел…

— Нет никакого плана, — огорчила Лихо. — Только расплывчатые намётки. В «Утопию» надо. Потом уже шевелить извилинами. Мы же не знаем ничего: ни приблизительного числа скопившейся там фауны, ни степени возмущения, могущего возникнуть при виде нас. Хорошо, если они будут вести себя как те гейши, Алмаз, помнишь?

— Это было бы дивненько. — Алмаз даже закрыл глаза в приступе мечтательности. — Прямо по головам протопали бы. В исподнем.

— Мечтать не вредно. — Лихо почесала кончик носа. — Будем отталкиваться от того, что никакой дармовщинки нам не маячит. Что придётся попотеть. Поэтому предлагаю подходить к делу со всей прагматичностью. Без скидок на возможные подарки судьбы.

— Да никто и не собирается на счастливое стечение обстоятельств уповать, — сказал Батлай, вливаясь в обсуждение. — Достаточно того, про что Арсений Олегович говорил. Могло и этого не быть.

— Профессиональные военные среди вас есть? Бывшие, конечно же, — спросил стеклорез. — Нет? Жаль. Эх, Андреича бы сюда… Он бы навёл тактико-стратегического шороху.

— Ты ещё Рокоссовского вспомни, — откликнулся Книжник. — Или Суворова. Давай без фантазий. Пойдём как есть. Смелость, как известно, города берёт.

— Ша, увлекающиеся, — улыбнулась Лихо. — Давайте по существу.