Подтянув к себе девушку, Алан нежно обнял ее, и в этот миг его крылья перестали повиноваться ему.

В наступившей тьме два тела упали среди руин мертвого Нэрфиса, и спустя мгновение обломки ушедшего под землю королевского дворца похоронили их под собой.

Эпилог

Эпилог

Альберт Рэвендел умирал. Он лежал на постели, угасающими глазами глядя в потолок и ощущая в душе лишь пустоту. Мысли о давнем поступке не давали ему покоя всю жизнь, не оставляли они его и сейчас. Правильно ли он поступил тогда, послушав своего старого друга, короля Аластрия, и заключив сделку с созданием тьмы и ночи? Наверное, правильно, ведь тогда он не знал, к чему все это приведет, и желал помочь умирающему другу. Теперь они поменялись местами: Альберт, умирая, лежал на кровати, а Аластрий был жив-здоров благодаря тысячам чужих жизней. Но это уже не имело значения, по крайней мере для Альберта. Его ничтожное бренное тело оказалось настолько слабым, что не смогло выдержать всей той мощи, которую он приобрел и которую приумножал. По словам демона, Альберт мог стать всемогущим, нужно было лишь захотеть, но сам Рэвендел знал, что кроется за обещанным могуществом – смерть, чужая смерть. Он не хотел жить за счет других, поэтому предпочел умереть. Кажется, его необычного слугу расстроило такое решение, но он не стал перечить тому, кого все эти годы называл господином.

Альберт звал слугу Винсентом и считал его хорошим другом. Пусть и странным, но верным. Рэвендел прикрыл глаза, вспомнив свою первую встречу со странным существом, которое сектанты, вдруг обретшие милость короля, называли демоном. Вспоминать особо было нечего. Альберт, послушав наставления закутанного в черные тряпки сектанта, просто очень захотел призвать демона, чиркнув причудливым ножом по собственной ладони и встав в центр начертанного на земле символа. Когда Рэвендел открыл глаза, перед ним, склонив голову в глубоком поклоне, замер с виду обычный человек. Вот и вся история с вызовом демона.

Альберт догадывался, что лебезящие перед Аластрием жрецы что-то недоговаривают ослабевшему от болезни владыке. Он пытался вразумить друга, но тот лишь смеялся и говорил, что скоро все наладится. Альберт грустно улыбнулся. Может, и так, по крайней мере для Аластрия все точно наладилось, а вот он сам скоро умрет неизвестно от чего. Маги говорили, что это проклятье, и жрецы культа соглашались с ними, однако развеять странную магию не мог никто. Не мог или не хотел. Рэвендел нажил себе множество врагов, так что даже не пытался понять, кто именно из них был виновен в том, что с ним случилось. Но в одном он был уверен – его недуг отнюдь не случаен, а если кто-то хочет его смерти, то что будет с его семьей? Ждет ли их та же судьба? Альберт быстро терял силы, превращаясь из высокого, привлекательного молодого человека в скрючившееся, жалкое подобие самого себя. Винсент не раз предлагал помочь ему, но он упрямо отказывался, зная, чего стоит помощь демона.