– Не обращает внимания.
Общаться с Николаем было легко и приятно – казалось, мы понимаем друг друга с полуслова. Как всегда в таких случаях, разговору помешали. Комм на моей руке завибрировал и зашептал:
– Конфиденциальная информация, конфиденциальная информация.
– Извините, – попросил я.
– Конечно, – сдержанно улыбнулся Николай, отходя в сторону, хотя, по большому счету, отойти нужно было мне.
Легко узнаваемый голос Галахада из коммуникатора звучал приглушенно:
– Должен сообщить тебе важную новость. Чтобы потом не было обид, что тебя не предупредили.
– Да, слушаю.
– Ты понял, с кем разговариваешь?
Настало время насторожиться. Ницше мне не представили заранее, а сейчас куратор позвонил сам, прервал только что начавшийся разговор. Значит, считает, что личность моего собеседника действительно важна. Стало быть, Николай мне известен. Кто он?
Сначала я начал вспоминать философов, но Николаев, Николя или, скажем, Николаевых среди них не было. Точнее, был Бердяев, но это точно не он, да и что переживать из-за встречи с Бердяевым? Потом я перешел к ученым и сразу вспомнил Николу Тесла. Как он выглядел в молодости, я не имел ни малейшего представления. Но тоже мимо… Мой новый знакомый – русский. И, по всей видимости, жил приблизительно в то же время, что и я. Или все же раньше?
Мужчина повернулся в профиль, солнце блеснуло на гладких, ровных волосах. На мгновение показалось, что он в зеркальном шлеме. И тогда ко мне пришло озарение. Хотя я никогда не встречался с ним, да и черно-белые фотографии, которыми иллюстрировались его биографии, были весьма среднего качества, хотя в жизни он вряд ли хоть когда-нибудь надевал стальной шлем, скорее уж офицерскую фуражку, – я понял, кто рядом со мной.
Вспомнились его строчки:
Слышу гул и завыванье призывающих рогов, И я снова конквистадор, покоритель городов.Я поспешно отвернулся и сделал несколько шагов прочь, чтобы не выдать своего волнения. Потом собрался с силами и спросил у Галахада:
– Неужели?
– Да, – ответил тот спокойно, даже ласково. – Он. Рад, что твоя реакция оказалась именно такой. Сейчас я еще раз убедился, что приоритеты выбраны правильно, расчеты верны, что мы делаем нужное дело и так, как надо.
– А прежде у вас имелись сомнения? – Я не удержался от сарказма, пытаясь спрятать за ним смущение.
– Высокоинтеллектуальным сущностям свойственны сомнения. Продукт свободы выбора, – объявил Галахад.