Сабеец нарочито медленно подковылял к сумеречникам. И тоже покивал в сторону рощи:

– Хе-хе-хе… Твоя, не твоя… Смерть, желтоглазик, смерть…

– Что это? – резко спросил Янаи и положил руку на рукоять меча.

– Аждахак, – вздохнул Фазлуи. – Змей Рустама.

Иорвет по-совиному медленно смежил веки и кивнул в знак согласия.

– Южный дракон… Скверно… – пробормотал аураннец. – Разве эти демоны не выглядят как большие ящерицы и в призрачном мире?

– Не все и не всегда, – хмыкнул старик. – А этот еще и оголодал, вот и истончился до бурой кляксы. Глупца-мужеложца, знать, ненадолго хватило…

Оба сумеречника покосились на мага и насторожили уши. Янаи мягко проговорил:

– Он идет за нами уже давно. Почему?

– Хочет получить облик, – с хихиканьем отозвался сабеец. – И покушать.

– Почему он идет именно за нами?

– А за кем же ему идти? – Маг потер сухонькие пятнистые ладошки. – Госпожа скормила ему халифенка, он и тянется за ней из водички…

– Как она это сделала? – резко спросил Иорвет.

– Как? – Сабеец пожал плечами под драным халатом. – Как все делают, так и она сделала. Ногти и обрезки волос зашили в куклу и проткнули драконьим зубом. Аждахак притащился за аль-Амином с самого юга, позорника цапнул и теперь вот ползает тут беспризорно, змеечек наш всеми покинутый, хи-хи-хи…

– Куклу сожгли? – сквозь зубы процедил Янаи.

– К-какая разница, – зашипел в ответ лаонец. – Дракон помнит ведьму. И идет – по кровавым следам…

– Невинная кровь, – сладострастно зачмокал провалившимися губами старик. – Невинная кровь течет за нашей госпожой, змеёчку нра-аавится… Ждет утречка наш змеёчек… чтобы напасть на неосторожных, не ждущих опасности, хи-хи-хи… А госпожа наша крайне неосторожна в последнее время, крайне… Не слушает старого Фазлуи, совсем не слушает, слишком, знать, кружит ей голову запах крови и власти…

И сабеец оскалил десны с гнилыми пеньками зубов:

– Аждахак как раз такое любит. И ждет, когда госпожа отдаст приказ, который нельзя отдавать безнаказанно. И останется беззащитной, хи-хи-хи…

Сумеречники переглянулись.