– Придет зима – будешь плакать, стрекоза.

– Не буду! Я нашла вагончик, совсем целый. Вставила стекло и отремонтировала железную печку, – сообщила Миля с удовольствием и внутренней гордостью. – Сейчас заготавливаю хворост… Если бы у меня был топор!

– Я дам тебе топор, – пообещал он. – И нож.

Видимо, она решила, что разговорила Ражного, добилась его расположения.

– А скажешь? Откроешь тайну?.. Не давай ни топора, ни ножа – скажи! В чем смысл девственности? Почему природа так устроила?.. Зачем тебе непорочная дева?

– Чтобы продолжить род.

Миля попила воды и встала, осматриваясь: почти совсем рассвело и проявилось строгое убранство дома.

– Ну вот… Я снова начинаю думать, что ты сектант. Так серьезно относишься… к продолжению рода. Несовременно… И не хочешь открыть тайны.

– Ее нет. Никакой тайны нет! Все просто, и об этом знают… По крайней мере, еще недавно знали. Лет сто назад… Если не знали, то поступали интуитивно, по зову голоса родовой памяти. – Ражный убрал тарелку в шкаф, смел крошки со стола. – Или… по образу и подобию Божьему.

– Не понимаю… Пока ничего не понимаю!

– Почему Господь избрал девственницу Марию, чтобы родить своего Сына, Христа? Почему все пророки рождались от непорочных дев? А стали бы они пророками, будучи рожденными порчеными женщинами?

– Не знаю… Это сложно. Я не разбираюсь в религии, хотя в школе нам давали. – Она все больше смущалась. – Но никто так не ставил вопросов…

– Ты слышала, в некоторых племенах существовал обычай: вождь обладал правом первой ночи?

– Да! Конечно, слышала!

– Зачем это ему было нужно?

– Дикие обычаи, наверное… Пенки снимал.

– Работал! Заботился о здоровье своего племени.

– Это шутка, да? – неуверенно спросила она.

– Добро, скажу проще, – согласился он. – Первый мужчина закладывает… души всех будущих детей, которых потом родит женщина, независимо от кого. Генетический код, тончайшую материю разума и сердец для всего потомства… И еще… Он делает ее матерью. Дает то, чего нет еще у девственницы – ген материнства. Я хочу, чтобы души моих детей стали продолжением моей души. Хочу, чтобы моя жена получила дар материнства от меня. И тогда мой род продлится. В противном случае он прервется, а на свет появятся ублюдки, родные только по крови.

– И это – все? – растерянно спросила Миля.