Схоласт вернулся довольно скоро, руки в саже, лицо бледно-зелёное, с поломанной корзиной в руках:

– Поехали. Агенор, Сетник, оставайтесь на пулемётах.

– Никого? – Акерата в большей степени подтверждала, нежели спрашивала.

Покачав головой, схоласт просунулся между пулемётами и поставил корзину у ног Линбьорг и Антилепто.

– Вырастишь его, – Самбор обратился к мальчику. – Ему тоже есть за кого отомстить.

Из глубины корзины донёсся слабый писк. Агенор наклонил голову, прислушиваясь.

– Если тебя выбросили на обочину, как надоевшую игрушку, просто выжить и не сломаться – уже начало, – сказал рапсод.

Сетник снова высунулся из люка и обернулся к горящим машинам. С дороги виднелись четыре частично расчленённых трупа, уже собиравшие птиц. На женском, одежда отсутствовала.

Ещё примерно через две трети часа, начался спуск к Щеглову Острогу. Лес вокруг города был вырублен на расстояние в пол-поприща, справа от дороги, между свежих пней валялось с десяток мёртвых яков.

– Откуда у них столько бронеходов? – подивился Кромвард.

Одна из высоких многоколёсных машин, загораживавших въезд в город, направила на грузовик сопло огнемёта.

– Самбор, держи! – Акерата через Агенора передала схоласту что-то продолговатое.

Самбор расчехлил и развернул белое полотнище с Яросветовым знаком на телескопическом древке, приоткрыл дверь, и высунул знамя наружу. Это не произвело никакого впечатления на водителей бронеходов впереди – они продолжали перекрывать путь, на одном угрожающе повернулась башня с механической рукой, державшей в трёхпалой клешне аршинную металлическую сферу, опутанную проводами.

– Ближе гросса не подъезжайте! – предупредил кто-то в мегафон.

– Останови, – Акерата полезла вперёд. – Самбор, пойдёшь со мной.

Снова фыркнула пневматика, грузовик встал, повитуха и схоласт вылезли наружу.

– Знак не узнаёте? – крикнула жрица. – Раненых везём!

– Стойте, где стоите! Сейчас Одди с Сигурбирной пошлю, посмотреть, что у вас за раненые! И без глупостей мне, этот бугор у нас пристрелян!

Острожцы подъехали на приземистом бицикле с громким и вонючим двигателем внутреннего сгорания. Женщина осталась снаружи, не опуская забрала шлема, но и не выпуская из рук пищали, воин поклонился Акерате и полез в грузовик, жрица – за ним по пятам.

– С каких это пор Щеглов Острог Яросветовой клятвы не признаёт? – гневно допыталсь до острожца повитуха.