– Не в обиду, матушка!

– Вестница, – строго поправил Агенор.

– Тем паче не в обиду, вестница! – Одди острожец попытался поклониться, уже согнувшись, чтоб не удариться головой о висевшую в одной из грузовых сетей теорбу. – Щеглов-то Острог богов чтит, наш цех в первый черёд!

– Тогда за чем дело стало? – спросил Самбор. – И что за цех?

– Мусорщиков!

– Так бронеходы…

– К мусоровозам броню приварили, а из подъёмников бомбомёты сделали!

– Дело! Что ж не пропускаете?

– Мы-то по завету живём, а вот чолдонцы – нет! Уже под Яросветовым знаменем грузовик со взрывчаткой к воротам пытались подогнать! Проезжайте, Нотт, Астеродота, и все боги вас оберегай!

Пятясь, Одди вылез из машины, отвесил поясной поклон, залез на водительское место бицикла, дал бронеходам сложную отмашку, и с перестуком топливных взрывов в цилиндрах поехал обратно. Сигурбирна с перекинутой через плечо пищалью возвышалась над мусорщиком на втором сиденье.

– Самбор, куда? – Кромвард направил машину к воротам, где пара бронеходов-мусоровозов раздвинулась в стороны ровно настолько, чтоб дать грузовику возможность протиснуться между грубыми сварными боками. Захваты, изначально предназначенные для мусорных баков, держали бомбы, тоже явно сработанные наспех, но оттого не менее, а более устрашающие.

– Сперва гони к Свентанину чертогу, с нашим грузом после разберёмся, – бросил схоласт, устраиваясь на сиденье впереди.

Акерата уже успела вернуться к изголовью Ормхейд, потом проверила перевязки на первом раненом, с чьими носилками ещё у Бунгурборга помог Сетник, как ему теперь подумалось, давным-давно. Самбору легче было сказать «Гони», чем Кромварду так сделать – стража на каждых внутренних воротах пропускала броневоз с висевшим из правого окна Яросветовым стягом вперёд, не досматривая, но все другие проверки замедлили движение по улицам до черепашьей скорости. Когда грузовик добрался до чертога и въехал во двор, уже начало темнеть. Кромвард и Самбор помогли с разгрузкой и, коротко простившись, спешно отправились в неизвестном направлении «разбираться» с таинственными цилиндрами. Вместе с двумя подоспевшими жрицами, Акерата, Агенор, Сетник и Вигдис стали обустраивать раненых.

– Дети мои, не остаться ли вам при чертоге на несколько дней? – спросила жрица, передавая подстаршине пластиковый пузырь капельницы. – Вон, на крюк над ложем повесь. Тебе всё равно надо за ногой следить, а через неделю швы снимать, а нам помощь была бы очень к спеху.

– Дело у меня, – сказал подстаршина, с неожиданным для самого себя отсутствием уверенности.