– Останови это! – крикнул кто-то.

Эцио стиснул зубы и, сам не зная почему, обхватил левой рукой правую и уже правой рукой снова коснулся Яблока.

В то же мгновение видения исчезли. Комната обрела свои прежние очертания и пропорции. Все четверо присутствующих посмотрели друг на друга. Никто из них не пострадал. Даже очки Леонардо не съехали у него с носа. А Яблоко лежало на столе – такое обычное, такое маленькое…

Первым заговорил да Винчи.

– Этот предмет ни в коем случае не должен попасть не в те руки, – сказал он. – Человек слабый может мигом лишиться рассудка…

– Согласен, – подхватил Макиавелли. – Мне самому было тяжело, когда все это началось. Я едва верил, что подобное возможно.

Надев перчатки, он осторожно взял Яблоко, убрал в шкатулку и плотно закрыл крышку.

– Как ты думаешь, Испанец знает о свойствах Яблока? – спросил у Макиавелли Эцио. – И способен ли Борджиа управлять им?

– Я знаю, что этот предмет никогда, ни при каких обстоятельствах не должен попасть к нему, – отчеканил Никколо и подал шкатулку Эцио. – Тебе надлежит оберегать Яблоко, применяя все навыки, каким мы тебя научили.

Эцио осторожно взял шкатулку и молча кивнул.

– Отвезешь ее в Форли, – сказал Марио. – Тамошняя цитадель имеет крепкие стены и пушки, а управляет ею наш самый надежный союзник. Точнее, союзница.

– И кто же? – спросил Эцио.

– Ее зовут Катерина Сфорца.

Эцио улыбнулся:

– Как же, помню… старая знакомая. Буду счастлив вновь с ней повидаться.

– Тогда готовься в дорогу, – сказал Марио.

– Я поеду с тобой, – заявил Макиавелли.

– Замечательно, – улыбнулся Эцио. – А что намерен делать ты, amico mio? – спросил он у Леонардо.

– Я? Закончу здешние дела и вернусь в Милан. Герцог ко мне благоволит.

– Когда снова будешь во Флоренции и у тебя выдастся свободный день, обязательно загляни в Монтериджони, – сказал ему Марио.