Он оглянулся на двух сжигаемых монахов – Доменико и Сильвестро. Оба ревностных последователя Савонаролы уже были мертвы. Огонь с шипением вспорол им животы и пожирал их внутренности. В воздухе разливалось густое зловоние от горящего человеческого мяса. Толпа постепенно успокаивалась. Затихли крики. Вскоре на площади Синьории был слышен лишь треск огня, довершавшего свой страшный труд.

Эцио отошел от помоста и увидел, что Никколо, Ла Вольпе и Паола внимательно смотрят на него. Макиавелли ободряюще кивнул. Аудиторе понял, чего от него ждут. Он поднялся на помост, отойдя подальше от догоравших костров. Сотни пар глаз обратились к нему.

– Жители Флоренции! – звонким голосом начал Эцио. – Двадцать два года назад я стоял на этой площади и смотрел, как умирают мой отец и братья. Их предали те, кого я считал друзьями. Мой разум был затуманен жаждой отмщения. Огонь мести столь же беспощаден, как огонь этих костров. Наверное, я сгорел бы в том огне, не встреться на моем пути люди, научившие меня смотреть дальше побуждений кровной мести. Эти люди не давали готовых ответов на мои вопросы, а учили находить их у себя внутри.

Эцио видел, что к его друзьям-ассасинам присоединился дядя Марио и приветственно махнул племяннику.

– Друзья мои, – продолжал молодой Аудиторе, – мы прекрасно можем жить и действовать без чьих-либо подсказок. Ни Савонарола, ни Пацци, ни даже Медичи не должны руководить нами. Мы вольны самостоятельно идти по жизни… Но есть те, кто не прочь лишить нас этой свободы, равно как достаточно тех, кто готов – увы! – охотно ее отдать. Однако все мы наделены внутренней силой выбора. Мы можем сами выбирать, что считать истинным, и следовать своему выбору. Эта сила и делает нас людьми. Не существует такой книги и такого учителя, которые дали бы нам ответы и показали путь. А потому – выбирайте ваш собственный путь! Не надо следовать ни за мной, ни за кем-либо другим!

Мысленно улыбаясь, Эцио видел, как беспокойно переглядываются отцы города. Возможно, человечество так никогда и не изменится, но порою все-таки стоило встряхнуть людей и напомнить им об их главном праве.

Произнеся свою краткую речь, молодой ассасин спрыгнул с помоста, поглубже натянул капюшон и покинул площадь. Он двинулся по улочке, тянувшейся вдоль северной стены Синьории (дважды он уже ходил здесь в судьбоносные моменты своей жизни), и исчез из виду.

Впереди был поединок, который Эцио считал главным в своей жизни и к которому нужно было тщательнейшим образом подготовиться. Но прежде необходимо было найти оставшиеся страницы великого Кодекса. Макиавелли помогал Аудиторе на каждом шагу. Они позаботились о том, чтобы с карты, некогда составленной Джироламо Риарио, было сделано достаточно копий. Снабдив ими своих флорентийских и венецианских собратьев-ассасинов, Эцио направил их во все уголки Апеннинского полуострова. Ассасины исходили и изъездили итальянские земли вдоль и поперек. Немало времени (возможно, больше, чем следовало) заняли поиски на острове Капри. Ассасины пересекли Тирренское море, чтобы продолжить поиски на острове Сардиния, известном похищениями людей. Побывали они и на Сицилии, где разбойничьи шайки вели многолетние войны между собой. Они встречались с королями и герцогами. Порою схлестывались с тамплиерами, тоже занятыми поисками страниц Кодекса… Миссия ассасинов завершилась полным успехом.