Захар невесело усмехнулся. Тут и вправду запутаешься. Горстку праха даже телом не назовёшь, единственная примета – ошейник. Здесь его вдруг осенило: ошейник или Нить Покорности? Если так, то понятно чего «чистые» зашевелились. Не простую пленницу у них Леонид увёл, Меченую, точно так же, как раньше едва ли не половина бойцов Башни развлекалась.

С погибшей девушки мысли перескочили на собственную судьбу. Интересно, что их с парнями теперь ждёт – плен и рабство? Захар зябко повёл плечами. Перспектива совсем нерадостная.

Тем временем на площадке появилось начальство. Какая-то хромоногая шишка церковников, Караганда и заметно вытянувшийся Петька, вокруг вился неизменный Колючка. Зверь при виде Захара оживился и немедленно подбежал здороваться. Не забыл, чертяка! Как-никак вместе деревню пигмеев громили. Вот только когда ящер плюхнулся перед ним на кургузую задницу и лизнул в лицо, Ненахов не удержался, вздрогнул. Да и кто бы не вздрогнул?! Если есть кто такой смелый, то пусть представит похожую на рубанок собаку и мысленно чмокнет её в морду. Нет, надо быть Слышащим, чтобы спокойно воспринимать подобные создания.

– О, караганда… Какие люди! – сухо рассмеялся староста Общины. Вёл он себя уверенно, по-хозяйски, но отчего-то Захару показалось, что всё это ширма. А под ней притаилось нешуточное напряжение. Вон глаза как бегают, да и пахнет беспокойством. – Чего в наших краях глава патрульной службы Башни забыл?

– Да вот, повидаться хотел. – Захар через силу улыбнулся. – Слушай, Караганда, может сначала парней моих посмотрите? Разговор и отложить можно.

Вместо старосты ответил главный церковник.

– А чего их смотреть? Адские отродья они везде адские отродья. Одним больше, одним меньше. – «Чистый» не говорил, а выплёвывал слова, будто в его отношении к Меченым было что-то личное. Хотя если сложить его хромоту и рассказ Артёма о стычке с магом Светлых, это становится похоже на правду. Ну друг, ну удружил!

– Как удивительно вы, братцы, трактуете путь Света. И ведь не Владыка Утра вам так мозги выворачивает, сами стараетесь, – сказал Захар презрительно. – Когда же узнали о моём посвящении, небось последних остатков ума лишились… Коллега!

Церковника аж передёрнуло.

– Какой я тебе коллега?! Ты оскорбление самой сути Силы Света. Адова тварь и осквернение замысла Творца. На костре твоё место! – «Чистый» свирепо ухмыльнулся. – Ничего, мы тебе это обеспечим…

Но тут выяснилось, что подобные речи в Общине не приветствовались. Во всяком случае, в присутствии Сергея Сергеевича точно.

– Что-то ты, Николай, совсем, в караганду, запутался. Никак решил, что у себя во Дворце спорта находишься. Командуешь тут, распоряжаешься. Будто одни твои архаровцы кругом, – Каранда нехорошо прищурился. – А ведь здесь Дикое, здесь наша власть!