— Врача бы… — робко начала матушка.

— Не нужен ему врач! — грубо оборвал ее Пристли, но тут же покаялся: — Извини меня, Мария. Просто ты не знаешь этого человека, не представляешь, на что он способен…

— А вы, мистер Аарон? Вы его знаете? — не утерпел я. — А как его зовут? А он с другого острова, да, сэр?

Пристли недовольно буркнул что-то в бороду, затем, все так же не сводя недобрых глаз с чужака, повысил голос:

— Эй! Как тебя звать?

Незнакомец мельком обернулся. Кровь на его лице уже подсохла. Он криво усмехнулся и бросил через плечо:

— Можете называть меня Гюнтером Штайгером. Или Каем Хансеном. Или…

— Достаточно! Видишь, Диего? Наш незваный гость даже знакомиться с нами не желает, скрывает свое имя, потешается. Так что не вздумай начать жалеть его, как твоя мать. Понял?

Я энергично закивал.

Возможно, мне показалось, но всегда уверенный в себе и своих словах мистер Пристли сию минуту выглядел растерянным. Появление Гюнтера-Кая явно выбило его из колеи, да и не его одного: я видел, как таращатся на нашу процессию жители городка. Кто-то пугливо выглядывал из окна, кто-то, презрев осторожность, подходил ближе. Но все они — все! — были не в своей тарелке. На мистера Аарона посматривали вопросительно — дескать, что происходит и как ты намерен поступить?

Заплакал ребенок. Для него незнакомец — все равно что жуткий злодей из сказки. Чужой в привычном мире — даже мне не по себе, а уж малькам и вовсе должно быть страшно до кишечных колик.

Возле полицейского участка нас дожидался Донни Карлсдейл. Знал ведь старикан, куда мы в итоге придем! Он сделал навстречу пару торопливых шагов.

— Это чудо! Настоящее чудо! Побывать в самом сердце торнадо и выбраться живым! Мистер, как вы себя чувствуете?

Он потянулся к Гюнтеру-Каю, будто хотел пожать ему руку, но под суровым взглядом мистера Аарона вздрогнул и отступил в сторонку. Тем не менее зашел в участок следом за нами, а вместе с ним — и еще несколько человек. Я думал над словами старика Донни. Значит, чудо? Человек пересек океан внутри торнадо и остался жив — это чудо? А то, что мистер Аарон остановил торнадо за минуту до того, как смерч накинулся бы на все наши постройки, за минуту до того, как мы могли бы присоединиться к грузовику незнакомца в чудовищном вихре, — вот это не чудо?

Пристли отворил решетку камеры и небрежным жестом показал чужаку, чтобы он проследовал туда. Гюнтер-Кай нехорошо оскалился, но послушно зашел внутрь. Пристли повернул ключ и подал нам знак отойти с ним в дальний угол.

— Друзья мои, — проговорил мистер Аарон, — я вижу на лицах многих из вас недоумение. Да, я знаю, в подобных случаях следовало бы отвести человека к врачу, дать ему прийти в себя, а если необходимости в этом нет — принять его со всем радушием жителей Лос-Сапатос. Я и сам мечтал о том, чтобы однажды порог моего «Грейсленда» переступил дорогой гость. Но этот чужак — не гость и не друг.