— Кар! — воскликнул мужчина. — А я не знал, я не знал ответа! Пойдем, я отведу тебя на мельницу. Я там живу со своей воронихой. Нам надо подумать, кем ты будешь.

— Я Герда.

— Нет-нет! Надо подумать, кем ты будешь здесь, потому что здесь плохо быть Гердой, здесь надо быть вороном, или котом, или бабочкой, но ни девочкой, ни мальчиком, ни человеком!

— Пойдем, — согласилась Герда. — По дороге я расскажу тебе свою историю. Может быть, ты поможешь мне найти Кая…

Свой рассказ Герда закончила уже на мельнице, когда пила чай с вареньем. Мельник и мельничиха, или ворон и ворониха, как угодно, предлагали ей самого вкусного, вишневого, но Герда выбрала земляничное. Когда она закончила свою историю, ворон и ворониха переглянулись.

— Кар? — спросил ворон.

— Кагги-карр! — ответила ворониха.

— Мы, кажется, знаем, где твой Кай, — осторожно сказал ворон.

— Наша принцесса, — ворониха сглотнула, — она такая умная, она прочитала все газеты на свете, она ездила по всему миру, даже в Трансильванию. И она стала скромной, велела разбить все зеркала, выбросить серебряную посуду, выходила из замка только вечерами… А потом она решила выйти замуж.

— К ней приезжали женихи отовсюду, — кивнул ворон. — Они приходили в замок, но никто не стал ее мужем.

— И никто не выходил обратно… — тихо сказала ворониха.

— А потом однажды вечером пришел мальчик, он был такой бледный, тихий, но очень вежливый, он ждал у ворот замка, пока его не пригласили войти. — Ворон затряс головой, и безумие темным огнем загорелось в его глазах. — Когда его впустили, он посмотрел на разбитые зеркала, на деревянную посуду на столах, рассмеялся и пошел к принцессе… и та сказала: «Ну, наконец-то, я уже думала, что осталась в мире одна…»

— И они вместе теперь, — кивнула ворониха.

— Лучше быть вороном теперь, — сказал ворон. — Потому что… потому что так лучше…

— Отведите меня в замок, — сказала Герда. — Если это Кай… Я только посмотрю на него. Узнаю, что с ним все в порядке. И уйду домой.

Ворон и ворониха переглянулась.

— Ведите, — сказала Герда, вставая. — И… дайте мне какие-нибудь ботинки. Воронам ведь они ни к чему?

— Дай ее ботиночки нашей дочки, — сказал тихо ворон. — Дай ей красивые ботиночки нашей дочки…

И они явились во дворец, стоящий в тихом, будто замершем городе. У ворот стояли стражники, нервно поглядывающие назад, на дворцовые ворота. В роскошных залах с обитыми атласом стенами и шпалерами, прикрывающими выбитые зеркала, Герде почудился какой-то звук. Будто тени пробегали вокруг — юноши и девушки, мальчики и девочки, испуганные и растерянные, мечущиеся по коридорам, зовущие и умоляющие…