Кое-чем полезным.

Я тоже должна тебе заплатить?

Если считаешь, что должна. — Он демонстративно перестал ее ласкать. — Только не надо делать мне одолжений.

Она виновато шмыгнула носом и села к нему на колени. Обняла. Прижалась плотно-плотно.

Значит, ты делаешь это только потому, что должна? — прошептал он с улыбкой.

Разумеется, нет…

Единственно возможный ответ. Правда была сложнее, но как ее объяснить? В одиночку Варя не выжила бы, но Трой помогал ей совершенно не пбтому, что она спала с ним или зашивала его одежду. Сильный и довольно-таки привлекательный мужчина, он бы легко нашел себе нормальную женщину — такую, у которой нет цели, которой не надо ничего лишнего…

«Почему ты помогаешь мне?» — иногда спрашивала она — ночью, в короткий промежуток между сексом и сном. Это был исключительно риторический вопрос — Трой, несмотря на всю свою кажущуюся примитивность, понимал такие вещи, ухмылялся, ерошил ее волосы и засыпал, оставляя ее с догадками и воспоминаниями.

Что было бы с ними двумя, если бы в ту промозглую зимнюю ночь в Барселоне Варя пошла бы по другой улице? Или если бы она прошла мимо — как другие прохожие торопливо пробегали мимо мужчины, лежавшего навзничь в луже крови? Ну, наверное, там просто не было других русских, отягощенных принципами и программой «больше всех надо». Трой мог выжить, или загнуться от ран, или замерзнуть, но он остался в живых благодаря «прекрасной незнакомке». Ну, это Варя мысленно так себя называла.

Сам Трой вначале решил, что она приняла его за мертвеца и просто хотела снять одежду, Через некоторое время понял, что она бы не смогла сделать это, даже если бы умирала от холода. После чего заявил с серьезным видом: «Больше никогда так не делай!»

«Обещаю, — ответила Варя. — Если я еще когда-нибудь буду в Барселоне…»

О, Барселона, волшебный город из песни, которая звучала у нее в ушах всю дорогу из Москвы. Барселона, оказавшаяся городом величайшего разочарования — и новой надежды.

Варя прибыла туда из Марселя перед третьей волной «зеленой чумы», когда еще ходил морской транспорт, но уже не летали самолеты. А из Москвы она вылетела в начале первого этапа «очистительной» эпидемии, когда пришло письмо от Селима. Электронное письмо — одно из последних электронных писем и писем вообще.

Тогда невозможно было поверить, как быстро все кончится — Интернет, самолеты, шум машин. Стопки компакт «дисков истлеют и опадут серой ватой, сгнившая изоляция отнимет электричество даже у тех, кто вовремя оплачивал счета, прочные и нержавеющие трубы сфонтанируют водой и нечистотами — и обратятся в пыль. Мир минус пластмасса равняется…