– Спасибо, но я должен сам…

– Смотри, – Жабчик вздохнул.

– Только мимо церкви не ходи, – подал голос Баграт. – Там зомбяки сидят, среди бела дня людей харчат.

– Я знаю путь, – сказал Гнилой.

– Ты знаешь Путь? – усмехнулся Баграт. – Ну да, конечно, ты же сталкер. Причем самый удачливый сталкер. Ты веришь, что знаешь Путь.

– Я верю, что знаю Путь, – проговорил Гнилой, пробуя на вкус это слово: «путь».

– И правильно. Путь – он у каждого свой. У тебя, например…

Баграт вдруг замолчал и, отвернувшись от Гнилого, пошел к лодке. Принялся сталкивать ее в воду, натужно кряхтя.

– У меня свой Путь, – сказал Гнилой, обращаясь к спине Баграта.

Тот перестал толкать лодку, но не обернулся.

Но Гнилой понимал: тот ждет, что он скажет дальше.

И он сказал – хотя никогда и никому не собирался этого говорить:

– Я хочу вернуть прошлое. Свое прошлое. Где я не был сталкером…

Спина Баграта напряглась, но он ничего не ответил…

7

7

Он хотел вернуть прошлое. То прошлое, которое пятнадцать лет назад было настоящим. И если бы не Катастрофа, которая разразилась 13 августа 2014 года, когда политики и военные уничтожили прежний мир, то Олег никогда не стал бы стрелять в живых людей. И вместо автомата носился бы с ноутбуком. И убивал бы виртуальных монстров.

Но случилась Катастрофа.

И он выжил, хотя должен был умереть в числе первых. Когда прошел первый шок, люди начали сбиваться в стаи. Он видел, как обезумевшие толпы бродили по руинам, врывались в уцелевшие дома и магазины и грабили, грабили, грабили, старались унести как можно больше. Тех, кто не хотел отдавать свое добро, – убивали. Убивали жестоко, подвергая мучениям, которые не может выдержать человек.

Словно те, что сбились в звериные стаи, хотели очистить землю от тех, кто еще оставался людьми.