– Да нет тут никакой сути. Вытянули с «того света» одного дяденьку. Привезли на «Скорой». Выписали с богом, ни копейки не взяли. Дяденька оказался торговцем бытовой техникой. Держит сеть магазинов по всей России. Через неделю после выписки привез нам два грузовика: один – со стиралками, другой – с телевизорами. Мы сотрудникам пораздавали кому надо, но все равно осталось. Не выбрасывать же? Вот и повесили в клиниках, чтоб человека не обидеть. А что показывать-то? Моду, дикую природу, клипы? Только пациентов расстраивать. Вот и крутим ролик про себя, любимых. Вам он мешает? Не нравится? Выключить?

– Ни в коем случае! Замечательный ролик! Я даже хотела вас попросить, скинуть мне его на флешку при выписке. Поставлю себе как будильник на семь часов. Привыкла уже под него просыпаться! Как послушаю, так настроение улучшается!

– Вот видите! – просиял Лебедев. – Другим пациентам тоже нравится. Поэтому и крутим. Отдыхайте!

Он вышел, аккуратно закрыв дверь палаты.

Я очень пожалела, что не умею свистеть. Слов уже не было.

Пазл сложился. Картинка получилась ясная. Но мой неугомонный разум все никак не хотел успокоиться. Скованная толстыми кожаными ремнями по рукам и ногам да еще поперек тела, глядя в идеально белый потолок, я мучилась новыми вопросами, и самый главный из них: как такое место вообще возможно? Слишком уж все тут правильно и хорошо, а так не бывает. Не может быть! Уж это я точно знаю! Ни у нас в России, ни в Европе, ни в Америке.

Если меня не взяли в штат ни в одну центральную редакцию, это не значит, что я плохая журналистка. Материалы мне заказывать никто не брезговал. Особенно по медицине. Те же «Известия» регулярно печатают. Так что в теме я ориентировалась прекрасно и ситуацию знала, считай, изнутри. Все инициативы «снизу», не предполагавшие распилов, сразу же блокировались. Если предложение не требовало дополнительных денег из бюджета, оно даже не рассматривалось. Улучшение условий для пациентов, дешевые аналоги дорогущим западным лекарствам, новые эффективные методы лечения… Зачем это? Чиновников от медицины проблемы пациентов не волнуют. В жизнь воплощались исключительно распильные инициативы. Стоило выключить диктофон, и эту песенку слово в слово мне пели все порядочные врачи, о которых я писала… Некоторые припоминали итальянца Тулио Симончини, посаженного в тюрьму за то, что осмелился дешево излечивать рак. Дескать, у нас – та же мафия.

И тут вдруг – «Бодитек»! Откуда? Как? Почему?

Но долго мучиться я не стала и, дождавшись очередного обхода, высказала Лебедеву все свои сомнения.