Некоторое время Кораблевы шутливо боролись, щекотались и всячески дурачились. В итоге они оказались сидящими на стуле. Марина – на коленях у мужа, свернувшись клубочком и положив голову ему на грудь.

– Да и почему сразу «Мерседес», – продолжил развивать свою мысль Павел. – Ведь полно и других марок машин, более… э-э-э… бюджетных.

– Например, «Запорожец»! – хихикнула жена. – Эдакий, знаешь… ушастенький. У папы был такой, когда мне было меньше, чем Витьке сейчас. То и дело ломался… Но с какой гордостью он нас на дачу возил, ты бы видел!

– Вот! – Павел поднял вверх указательный палец. – Я тоже хочу иметь повод для гордости! И если для этого мне придется влезть в «Запорожец»…

– Ой, не нужно таких жертв! Мы и так тобой гордимся.

– Правда?

– Честное пионерское!

Некоторое время Кораблевым было не до разговоров.

– Паш? – протянула Марина, когда они наконец прервались.

– А?

– Давай лучше вместо машины заведем котенка?

– Ты с ума сошла, женщина? А как же твоя аллергия?

– Ну что аллергия. Попью таблеточек. И потом, говорят, иногда клин клином вышибают. Зато Витька будет счастлив. А то он сегодня какой-то задумчивый и грустный весь вечер.

– Мариш, парень просто взрослеет. Еще немного, и он этой Леле не музыку на флешках носить будет, а розы. И это правильно.

– Кстати, давненько мне никто не приносил роз…

Витька спал, и ему снился сон. В этом сне он шел по шоссе, протянувшемуся от края до края равнины, поросшей высоким серебристым ковылем. Навстречу встающему солнцу. Рядом с ним, мягко ступая по асфальту широкими лапами, вышагивал роскошный серебристо-полосатый кот.

– Э, пацан!

Витька обернулся. За рулем совершенно бесшумно подъехавшего сзади голубого автомобиля сидел «гегемон» в пыльной ветровке и лузгал семечки.

– Не слыхал, война будет?