Услышав о щедрой плате, Матей развил бурную деятельность, и через час с небольшим все затребованное было найдено. Получив от меня полсотни золотых, он долго благодарил и лично проводил нас к выезду из деревни. Уходить пришлось тем же путем, каким пришли, чтобы не давать поводов для подозрений. Было бы странно, если бы дворянин с рабами купил лошадей и ушел с ними в лес. Конечно, крестьяне найдут останки кавалеристов и свяжут их с нами, а староста пошлет кого–нибудь в Герт доложить начальству, потому что обязан так сделать, но это будет еще не скоро.

Когда вышли на тракт, все, кроме защитника, сели на лошадей, а он шел пешком, ведя в поводу груженную мешками с овсом кобылу. С час ехали в сторону города, а потом ушли в лес, которым и двигались следующие три дня, не встречая загров и обходя их деревни. На четвертый день, утром, лес начал редеть, а потом как–то сразу закончился. Впереди была степь. С момента взрыва небо посветлело, хотя и не вернуло себе прежнюю голубизну, а сегодня к пыли добавились облака, поэтому вид у степи был мрачный.

— Зря ты боялась Заградора, — сказал я, обняв жену. — Проехали без задержки и даже не очень береглись. Так бы еще проехать степь. Только нам теперь нужно не прятаться, а искать ее хозяев. И желательно, чтобы их было немного.

— Если будет много, я их сокращу, — пообещал Дей, — а если хотите, могу пробежаться и поискать кочевья. Можно купить лошадей, а можно отобрать. Я знаю язык шеннов, так что если дадите золото… Мне они ничего не смогут сделать. Если продадут лошадей и не будут подличать, их счастье, ну а если набросятся, умоются кровью.

— Так и сделаем, — решил я, — только не сегодня, а завтра. Кочевники не будут жить так близко к границе с Заградаром.

Мы собрали вязанку сухих сучьев для вечернего костра и уехали в степь. Трава была не очень высокой, но скрывала неровности почвы, поэтому ехали шагом. Когда стало темнеть, остановились на ночлег. Воду не нашли, но коней утром поили, а трава была сочная, поэтому они могли потерпеть. Все дрова ушли на приготовление каши, а ночью спали, завернувшись в одеяла. Как и предсказывал Дей, похолодало, но в теплой одежде и под одеялами не замерзли.

Утром мы занялись завтраком и лошадьми, а он взял у меня золото и убежал быстрее любого скакуна. Мы не сильно рисковали, оставаясь без защитника, потому что в любой момент могли использовать взятые на корабле трубки. Ими можно было без труда сжечь даже большой отряд кочевников.

До полудня двигались на восток, а потом стали забирать южнее. Защитник в этот день так и не появился, поэтому мне и Бару пришлось дежурить. Он охранял лагерь первую половину ночи, а мне выпала вторая. С моей чувствительностью можно была дремать, но я потратил дежурство на обдумывание нашей дальнейшей судьбы. Днем, во время движения, в голову приходили совсем другие мысли.