После такого всякая стрельба стихла. Вряд ли нападающих шокировала выходка полковника, думаю, они просто опустошили барабаны револьверов. Здешнее оружие перезаряжается неспешно, так что у нас есть немного времени, и будет глупо потратить его впустую. Бежать надо, и бежать быстро.

— Уходим! Быстрее! Гаса хватаем и уходим! Бегом!

А ведь и правда с винтовкой и заплечным мешком бегать будет куда труднее, чем налегке.

— Леон! Амату в коляску! — крикнул полковник и достал из-под полы самую настоящую бомбу.

Ну точь-в-точь как, те, которые применяли анархисты сто и более лет назад, — круглый черный шар с коротким фитилем. Вот эту штуку полковник и запустил в сторону кустов, причем с серьезным недолетом.

Он что, нас взрывать собрался?!

Бомба приглушенно хлопнула, выбросив клуб дыма, консистенцией напоминающий густую сметану. В таком свой нос не разглядеть, так что я неправильно понял намерение агента — он просто пытался укрыть нас от стрелков.

— Леон! Амату! Амату! Ну не стой же ты!!!

— Да понял я!

Девушка осталась на ногах и пребывала в предобморочном состоянии. Видимо, нечасто любовалась на сцены повешения, психика недостаточно закаленная. Потянул за руку, пошла, будто бездушная марионетка. Ну и отлично, нам сейчас только буйной истерики не хватало. Закинул в коляску, порадовавшись, что имею дело не со стандартно-неподъемной местной толстухой, развернулся, вытащил второй револьвер, поспешно разрядил в дымное облако. Не ради того, чтобы подстрелить кого-нибудь, только чтобы в тонусе держать, а то еще полезут в атаку.

Едва отъехали, как я, перезаряжая оружие, заметил:

— Пальбу слышал весь город, военных тут полно, на заставах уже тревогу объявили, не вырвемся.

— Вырвемся… — протянул полковник, после чего, достав нож, обхватил рукоять двумя руками, с силой вонзил длинное лезвие в сердце Гаса, равнодушно заметив: — Без врача точно не выкарабкается, да и с врачом вряд ли. Так лучше будет.

Меня, мягко говоря, случившееся покоробило, а Бугае и ухом не повел, так и продолжал нахлестывать лошадку в прежнем темпе. Про Амату и говорить нечего, та продолжала пребывать в глубокой прострации, возможно, даже не заметила ничего.

Ну и порядки здесь…

Полковник прямо на ходу скинул тело на брусчатку, вместо поминальной речи заявив:

— Они следили за домом. Повезло, что нас заметили поздно, не успели привести солдат.

— Военные следили?

— Кроме Дюкуса, Амата никому не интересна. Этот упырь подозревал, что генерал рано или поздно за ней заявится или пришлет кого, вот и велел поставить соглядатаев.

— А почему вы слежку не заметили?