Шнайдер расхохотался.

– Мужик, это же вредно. Не делай этого. Здесь.

Он запустил по полу баночку амфетаминовой "колы", целясь в моем направлении. Банка докатилась, и я остановил ее ботинком.

– Помнишь? В госпитале ты сказал: "Не хрен думать, солдат. Ты не читал контракта?"

Шутку оценили парой натянутых улыбок. Я кивнул.

– Давно он здесь, Ян?

– Спрашиваю еще раз…

Я пнул по банке, и рука Шнайдера взметнулась вверх, поймав ее. Быстро. Очень быстро.

– Как давно он здесь?

Беседа окончилась так же, как первый и последний рейд Конрада Харлана на Миллспорт. Остатком от разлетевшейся посудины и молчанием, с которым Шнайдер сжал оказавшийся неожиданно пустым кулак. Он замер.

– Ну? – просто сказал я.

Сидевшая рядом Вонгсават осторожно потянулась к лежавшему в кармане разряднику. Положив на руку Амели свободную ладонь, я осторожно покачал головой. И придал голосу убедительность, как настоящий Посланник.

– Это не нужно, Амели.

Ее рука вернулась на ее же колено. Периферийное сканирование подсказывало: все сидят неподвижно. Даже Вордени. Я слегка расслабился.

– Когда он сюда прибыл, Ян?

– Ковач, я не понимаю, о чем ты, черт побе…

– Ты все понял. Когда он пришел сюда? Что, руки больше не нужны?

– Да кто?

– Карера. Когда он пришел, черт возьми! Последняя попытка.

– Я не…