Я увидел быстро расползающийся вширь пламенный шар, понял, что он летит прямо в меня, изо всех сил толкнул плечом дверцу и выпрыгнул, сам не знаю куда…

8

Я очнулся в полной темноте. Мне было тепло, мягко, даже уютно. Так уютно, что сразу стало понятно – я дома. Надо будет Аленке рассказать, какой дурацкий сон сегодня приснился – будто меня забрали в армию и отправили служить черт знает куда – к чудищам каким-то! Что там у них к чему – непонятно, говорю же, сон дурацкий. Страшно, но почему-то неинтересно. Совсем неинтересно, когда наших убивают, а защищаться нечем – волшебной воды против чудищ нет. Почему, кстати, нет? Во сне никогда так не бывает. Обязательно есть средство – заклинание какое-нибудь, молитва… Надо вспомнить слова, повернуться на другой бок и досмотреть сон как следует. Только узнать, который час. Не пора ли вставать? Я протянул руку к выключателю – он у меня прямо над диваном… и тут же отдернул. Под пальцами оказался пучок жесткой травы, посыпалась сухая земля. От неожиданности я резко дернулся и тут же взвыл – адски болела шея, саднило расцарапанную спину, ушибленный локоть отказывался сгибаться. Вдобавок чья-то широкая и твердая, как лопата, ладонь зажала мне рот, и кто-то прошептал в ухо:

– Тихо! Она близко!

Я узнал голос отца Романа. Все-таки не сон! Черт! До чего обидно!

– Кто – она? – Я отпихнул его ладонь.

– Гарпия! Слышишь?

Он наконец дал мне повернуть голову и немного оглядеться. Темнота вокруг оказалась не полной, просто мы лежали на дне канавы, заросшей густым бурьяном. Сквозь лопухи и репейник над нами еще теплилось вечернее небо.

Где-то по соседству вдруг зашуршал гравий, послышался хруст, будто армейскую брезентовую палатку волоком тянули через сухостой. Мне сейчас же вспомнились перепончатые крылья налетевшей на нас твари.

– Тсс! – Отец Роман снова прижал меня к земле.

С минуту или две мы слышали только шорохи, то удаляющиеся, то совсем близкие.

– Кругами ходит, падаль! – прошептал с досадой поп. – Теперь не отвяжется…

– Что еще за гарпия? Откуда она взялась?

– Откуда и все они. С той стороны.

– А что там, на той стороне?

Отец Роман вздохнул:

– Все тебе надо знать! Потерпи…

Он поднялся, осторожно выглянул из канавы, тихо сплюнул.

– Самое поганое, что эта мертвечина не дает нам добраться до святой воды. Иди сюда!