— Твою!.. Воды хотя бы принеси, изверг!

— Сию же секунду, босс, не извольте беспокоиться!

Блин, она реально издевается! Ох, если бы мне сейчас не было так хреново! Уж я бы тебе показал! И никакие бы прелести не помогли. Надо признать, весьма соблазнительные прелести — шорты (ага, те самые, с лампасами) и майка в обтяг практически ничего не скрывали. Вернее, как раз скрывали, но сидели так плотно, что внезапно разыгравшееся воображение чуть было не привело к конфузу — я даже машинально скосил глаза на низ живота, но, слава богу, в кровати я валялся одетым. По крайней мере, брюки и водолазка, кое-где покрытые подозрительными пятнами, присутствовали. Ч-черт, я ко всему прочему еще и новый костюм уделал! А она тоже хороша! Нет бы помочь страждущему, так еще и издевается… И пропала куда-то.

— Вот, босс, держите.

Ну наконец-то! Я жадно приложился к пластиковой двухлитровке с минералкой и единым махом выхлебал добрую половину. В голове прояснилось, потом взор затянуло подозрительно знакомым туманом — спирт в реакцию вступил, и только тогда я различил лекарственный привкус. Блин, как йода напился! Противно-то как!

— Ты чего мне дала?..

— Босс, вам сейчас нужно.

— Да меня же сейчас вывернет!

— Не-а. Раз так говорите, точно не вывернет. Это же обычный «антипохмелин», скоро как огурчик будете.

— Ага, додумалась! В минералку с газом эту гадость подмешать… Спасибо, Евгения Сергеевна! — Надо полагать, подпустить иронии в голос мне не удалось, потому что клятая девчонка на полном серьезе кивнула, дескать, ваше здоровье. — Ой, щас стошнит!..

— И не стыдно вам? — осуждающе прищурившись, глянула на меня помощница. — По какому поводу хоть банкет?

— Тебе лучше не знать… — буркнул я, но, против ожидания, язва не отвязалась:

— А хорошо вы вчера, босс, порезвились.

— Давай без подробностей, а?

— Так вы ничего не помните? — не поверила Женя. — Что, и драку тоже?

Вроде что-то мелькает в памяти, но без вот этих самых… подробностей.

— Какую драку?

— О боги! — Евгения поудобнее устроилась в кресле, закинув ногу на ногу, и преувеличенно серьезно на меня уставилась. — Вы, мужики, просто неисправимы! Подрались же вчера, у Гюнтера в каюте.

— С кем?

Зар-раза, специально, что ли, так расселась? Мне сейчас и так хреново, а тут еще глаза скрипят — организм на полном автомате принялся поедать взглядом соблазнительную девичью фигуру.