Лзи шагнула вперед и резко, одним ударом, словно перерубала ядовитую лиану, опустила мачете. Удар пришелся в хитиновое брюхо, и клинок застрял – с таким звуком, словно топором рубили дрова. Куски хитина и брызги мясистых внутренностей разлетелись в стороны, мачете прочно засело в насекомом.

С гневным гудением, щелкая жвалами, насекомое с глазами-сапфирами попыталось повернуться к ней. Лапы коснулись ее лица и волос. Лзи нагнулась, защищая глаза, изо всех сил сжимая рукоять ножа, упираясь локтем и отталкивая приближающееся ядовитое жало. Мертвец был слишком занят своим противником, а на помощь первой осе спешила вторая.

Лзи с отчаянным воплем дернула нож.

Панцирь осы с треском раскололся, жало дернулось и обвисло. Оса страшно загудела и попыталась укусить. Рукоятью ножа – использовать лезвие было нельзя, потому что оса была слишком близко, – Лзи ударила по драгоценному камню глаза. На сей раз она закричала – ну или завопила – что было сил.

Последовал отвратительный хруст, и огромная оса – невероятно легкая для таких габаритов, почти пустая внутри, – опять попыталась ее схватить и упала. Лзи посмотрела в лишенное черт лицо гейджа, испачканное ихором и какими-то другими неизвестными жидкостями.

– Осы защищают личинку, – сказала Лзи, до того уверенная в справедливости этого наития, словно усвоила его с малолетства. – Пташне не управляет взрослыми осами. Только личинками в мертвецах.

– Уничтожь короля! – Гейдж, не поворачивая головы, левой рукой схватил за крыло очередную осу, устремившуюся к мертвецу. Он использовал инерцию ее движения, чтобы ударить о потолок, его металлическое тело не по-человечески развернулось в поясе, как орудийная башня. Ровным голосом – возможно, ее восприятие просто притупила временная глухота – он продолжал: – Если Пташне не за что будет бороться, она остановится.

Клянусь дыханием дракона, надеюсь, что так. Лзи подумала: Пташне в таком отчаянии, что все равно может сражаться, ведь ей больше незачем жить.

– Пропусти меня.

Гейдж не откликнулся на ее слова. Он плавно повернулся и двинулся вперед, размахивая огромными руками. Он не пытался избежать укусов и словно не замечал их. Он просто создал бурю движений, которая окружила Лзи и отогнала от нее врагов. И боком пошел к мертвому королю и его Голосу.

Потом повернулся, все так же защищая Лзи, и Лзи оказалась рядом с креслом, в котором лежал король династии Огненной Горы. Она чувствовала острый запах, но не гнили, а соли, соды и ацетона.

Пташне как будто поняла, что они задумали, и повернулась к ним.