– Здесь нетрудно прожить, – сказала она и показала на джунгли за ними, на море перед ними. – Многие люди довольствуются плодами хлебного дерева, уловом в лагуне, кокосами, манго и мягкой сердцевиной пальм. Многие довольны возможностью плавать на лодке, купаться и найти того, рядом с кем можно сражаться и завести детей.

– Но тебе этого никогда не будет достаточно?

Лзи поняла, какую длинную паузу делает, и фыркнула.

– Может быть, беспокойство бушует в крови подобно морю. Мои родители уплыли искать не нанесенный на карту остров, да так и не вернулись, вы это знали? В населенное драконами море Бурь. Они взяли с собой моего брата. Я была чересчур мала. Их амбиции их убили. У меня тоже есть амбиции… и я боюсь.

– Поэтому ты пошла в науку?

– Я научилась читать, – сказала она. – Научилась лечить. Научилась убивать ядом и клинком, потому что нельзя научиться создавать что-нибудь, не научившись разрушать. Конечно, справедливо и обратное. Я нашла себе место на службе королю Светлой империи. Моя жизнь в его распоряжении.

Мертвец кивнул, вероятно, с сочувствием. Он прислонился к дереву, под которым она сидела.

– Но.

– Но этого оказалось недостаточно. Мне казалось, я черпаю грязь со дна колодца, а он заполняется снизу соленой водой.

– Колодец даст воду, только когда его снова наполнят. Дождем или из ведер, или со временем той водой, что поднимается изнутри. Когда ты делаешь что-то исключительно для других – из альтруизма или из потребности иметь цель…

– А что еще остается?

– А на что ты годна? – Наверное, он улыбался. Во всяком случае, вуаль на его лице выглядела как-то иначе. – Попробуй чего-нибудь захотеть. Ради себя самой. Ради него самого. Или рассердись на какую-нибудь несправедливость, да так, чтобы что-то сделать ради этого.

Она обдумала его слова. Да, в них было нечто необычайно привлекательное. Найти то, ради чего можно сражаться, и сражаться за это.

– Но что?

Он сонно мигнул.

– Доктор леди Лзи, если ты это поймешь, ты окажешься умнее половины человечества. А сейчас прости. День был длинный, и я намерен набрать сухих веток, чтобы разжечь сигнальный костер.

Она сидела на берегу рядом с гейджем и смотрела, как садится солнце. От воды дул холодный ветер; песок под ней оставался теплым.

Гейдж заговорил первым.

– Хочешь кончить, как тот человек, зараженный паразитом? Вот что значит служить тем, кто тебя не ценит. Спроси у гейджа, откуда он это знает.

Она решила не спрашивать.