И в своей горячечной лихорадке он вспоминал.

Вспоминал Голирис.

2

Огромные башни страшного Голириса вздымались из плодородной почвы, как плоды заражения. Они не столько строились, сколько выращивались, посаженные много веков назад магом-императором Гоном, владыкой грибов. Где он раздобыл эти споры, по какой цене купил, в каком далеком уголке великой империи Голирис – все это затерялось в тумане времен, но башни продолжали расти – высокие изящные стебли с округлыми шляпками и выпяченными пластинками, небольшая армия садовников-волшебников непрерывно за ними ухаживала.

Голирис, город-мать, раскинулся на берегах бескрайнего океана. Черные корабли, которым не было равных в целом свете, брали разбег от его берегов во все уголки мира и возвращались, груженные товарами и награбленной добычей. Горячий влажный воздух охлаждал ветер с моря, по широким улицам и каналам города ходили, плавали и летали послы тысяч рас, прибывшие с данью.

Горел помнил, как стоял наверху, во дворце, держа отца за руку. В комнате было прохладно и темно, сквозь жалюзи виднелся раскинувшийся до горизонта океан, в который медленно садилось кроваво-красное солнце. Его меркнущие лучи освещали огромный флот, над черными парусами реял флаг семиконечной звезды – флаг Голириса.

– Куда они направляются, отец? – спросил маленький Горел.

– Завоевывать новые земли, – ответил отец. – Чтобы еще дальше распространить славу и могущество Голириса. Горел… когда-нибудь все это будет твоим. На протяжении бессчетных поколений наша кровная линия, чистая и сильная, возглавляла империю. Твоя судьба – править, как и моя. Будешь ли ты готов?

Юный Горел держал отца за руку и смотрел на волны. Мысль о будущем, об огромной ответственности волновала и пугала. Но он не мог разочаровать отца, показать свое внутреннее смятение.

– Да, – сказал он. – Да, отец. Я буду готов.

– Молодец! – сказал отец. Он поднял сына на руки, и на мгновение Горел почувствовал тепло, безопасность, по-настоящему ощутил, что его любят.

…но их падение было уже не за горами. И очень скоро настала та ужасная ночь, хотя он не мог вспомнить точную последовательность событий, что произошло сначала, что потом… ведь он был всего лишь мальчик, а заговорщики действовали тайно, скрыто, маги Голириса, слуги, пылавшие ненавистью и стремлением к господству. Он помнил эту ужасную ночь, крики, жестокие смеющиеся лица. Зловоние колдовства.

Потом его забрали. Забрали из дома, из его мира, от всех, кого он знал и любил. Мгновенно перенесли за тридевять земель, когда в его ушах еще звучали эти крики, а в ноздрях оставалось зловоние, и он проснулся и обнаружил, что находится в чужом краю, на склоне холма, и заплакал, ведь он был еще совсем мал.