— И как долго вы собираетесь думать?

— Думаю я быстро, за это не беспокойтесь. И я был бы очень вам благодарен, если бы вы подумали вместе со мной.

— Оставьте при себе свои колкости!

Разумеется, Вейдеру не удалось переубедить Совет.

Было решено наблюдать на Биссом. Орсен обещал направить все свои силы на то, чтобы максимально скоро узнать время переезда лаборатории, если таковой состоится. Люк горел нетерпением; Сила уверяла его в победе, и он, словно наяву, видел горящий имперский крейер.

А Вейдеру казалось, что теперь за ним из темноты внимательно наблюдают чьи-то ледяные внимательнее глаза…

19. Дарт Акс

19. Дарт Акс

Колебания в Силе не могли пройти незамеченными Императором. Он, несомненно, слышал и молодую горячность Люка, и тяжелую уверенность Вейдера. И оба они повторяли его, Палпатина, имя.

Что бы это могло значить?

Медитируя, Палпатин раз за разом видел одно и то же — как летчики Люка расстреливают его крейсеры.

Но что за операцию готовил Альянс — Палпатин не понимал.

Оставалось лишь одно — поинтересоваться у Вайенса.

Палпатин не видел своего ученика со дня его изгнания, и не сомневался, что тот с нетерпением ожидает, когда Император вспомнит о нем.

Пожалуй, Император был слишком строг со своим учеником. Нужно вернуть его и выказать ему свое расположение. Да и гнев Палпатина давно прошел…

Поэтому, увидев голограмму с коленопреклоненным Вайенсом, Палпатин милостиво улыбнулся ему и осведомился о его здоровье.

— Мой Император, — выпалил торопливо Вайенс, словно опасаясь, что Палпатин передумает и не станет с ним говорить. — Дурные вести, мой Император.

— Что такое, мальчик мой? — проворковал Палпатин, внимательно рассматривая взволнованное лицо Вайенса. — Я вижу, ты ранен? Ты дрался?

— Это ерунда, — отмахнулся Вайенс. — И к тому, что я скажу вам сейчас, не имеет никакого значения.

— А что ты мне сейчас скажешь, мальчик мой?