Когда, наконец, Вайенс нашёл в себе силы, чтобы подняться, он был собран и сосредоточен, и в голове был чёткий план действий.

Прежде всего, нужно привести себя в порядок и надеть нечто иное, чем белый китель, в котором он был на приеме Альянса, а затем плавал в колбах с бесполезными теперь клонами.

Затем, конечно, нужно выманить эту стерву в какое-то отдаленное, безлюдное место. Она следует за крупными комиссиями? Вот и создадим ей мероприятие.

Вайенс сколотил какую-то несуществующую группу с совершенно несуществующими именами, свои решением включив туда имя той девушки, которая была отмечена бэджем Ирис. Теперь он знал день и час и место, где она появится в надежде на людное общество, и где её встретит он.

И, наконец, сыворотка.

Он без колебаний ввел её себе.

За Ирис охотится Дарт Вейдер, — это было абсолютно ясно — и как далеко он продвинулся в своих поисках, Вайенс не знал. Вероятно, он очень близок, и встречаться с ним без Силы Вайенс не хотел. А эта инъекция… с ней у Вайенса был реальный шанс уничтожить Вейдера, просто испепелив его одной молнией.

* * *

Разумеется, наживка для Вайенса, адъютант Евы, болталась по различным мероприятиям не так просто.

Это Ирис от имени Евы посылала ей задания быть там-то и там-то, и девушка послушно следовала указаниям мнимой начальницы. Поэтому когда в очередной раз Ирис просматривала график своей наживки и обнаружила, что кто-то уже назначил ей работу, она тотчас же поняла, что Вайенс вышел на след.

— Вот и первый клюнул, — пробормотала Ирис. — Время и место известны.

Интересно, поспеет ли за Вайенсом Дарт Вейдер?

Ирис очень хотела бы, чтобы эта парочка встретилась, догоняя призрак яблока раздора. Тогда уже Вайенс не сможет отрицать своей причастности к этому грязному дельцу, да Дарт Вейдер и слушать его не станет.

От одной только мысли о том, как стальные пальцы главкома вопьются в горло Вайенса, Ирис начинала бить нервная злая дрожь, и в воображении рисовались картины одна кровожаднее другой.

Но когда в ушах смолкали душераздирающие предсмертные хрипы и стоны, когда воображение досыта насыщало её жажду мести воображаемым хрустом переломанной шеи Вайенса, когда кровавая пелена спадала с глаз, а злобная лихорадка, колотившая тело, унималась, Ирис, приходя в себя от этого ненормального, болезненного приступа ярости, возвращалась в реальность, и память услужливо ей подсказывала одну простую вещь: Вайенс будет в Силе, когда повстречается с Дартом Вейдером.

Этого никак нельзя забывать.

И совершенно непонятно, кто победит, если два ситха сойдутся в смертельном поединке.