Дарт София не умела драться, но её невероятная мощь компенсировала неумение и помогала успешно защищаться. Несколько секунд она продержалась под натиском обрушившихся на неё ударов Дарта Акса, вытесняющего женщину с удобной ровной площадки в рыхлый песок, где вязли ноги, а затем, выкинутая его мощным толчком во мрак, с яростью выбросила искрящуюся плеть Молнии Силы, которую ситх еле успел поймать своим сайбером, и всем телом навалившись на невидимую стену, сдержал обрушившуюся на него мощь.

От силы искрящегося чудовищного разряда Дарту Аксу показалось, что живые пальцы на левой руке с шипением обугливаются, и вибрирующая рукоять сайбера крошит, ломает связки и суставы, и он с трудом сдержал крик, полный боли, а ярость его яркой вспышкой взлетела к самым небесам, разорвав чёрный бархат.

Следующий удар, нанесенный ему подоспевшей Софией, был поистине ужасен. В него она вложила всю мощь, отпущенную Силой, и кристалл в его сайбере не вынес такого чудовищного напряжения и лопнул. Следующий удар Дарт Софии пришелся в пустоту, и она провалилась вперёд по инерции, не встретив сопротивления, а Дарт Акс, отступив, ушел из-под удара, сжимая в правой руке бесполезную теперь рукоять мертвого сайбера.

Дарт София, тяжело дыша, мгновенно обернулась к Дарту Аксу, и подрагивающий оранжевый луч смотрел ситху в лицо. Человеческая слабость и невероятная космическая мощь странно сочетались в одном теле, и если недолгая схватка вымотала её физически, то Силы внутри не убавилось ни на каплю. Она бушевала в крохотном теле женщины, и Дарт Акс чувствовал, как захлебывается в её чернильных волнах.

— Идем со мной, — прокричал он, перекрывая рёв ветра, таскающего по пустыне тучи колючего песка, — или ты умрёшь!

— Никогда, — ответила женщина, и Дарт Акс ощутил накатывающую на него ярость, раскалённым металлом выжигающую его разум и все доводы здравого смысла.

Вытянув вперёд руку, он направил лавину Силы на запыхавшуюся женщину и стиснул, давя, дробя каждую клеточку её тела. В своем гневе он позабыл всё, о чем говорил Император, и только жажда мести вела и руководила его действиями. Он ненавидел Дарт Софию, искалечившую его, и не понимал, почему должен склониться перед ней и упрашивать вернуться. Приём, продемонстрированный Дартом Фресом на моффе, как-то кстати вспомнился, и Дарт Акс неумело, но чувствительно ухватил свою извивающуюся жертву.

— Я заставлю тебя подчиниться мне, — злобно шипел он, чувствуя, как по его напряжённым пальцам стекает вязкая Сила, и Дарт София заорала от боли, ощущая, как Сила, разрывая кожу, проникает глубже, и как закипает её кровь.