* * *

«Странный ты всё-таки, – подумала Вероника. – Подвёл к самому огню и говорит: «Полюбуйся»! Что же тут увидишь, кроме двухметровых языков пламени да полированной стали? Вблизи никакого волшебства. Душу травить надо было там, под аркой. А здесь разве что музыку послушать. Тут уже и струнные переборы можно различить. Интересная конструкция у этих зеркал. Словно к большой миске приделали маленькое блюдце и между ними втиснули огонёк. Никогда их так близко не видела. Днём-то чехлами всё закрыто».

Олег скрылся за ближайшим костром. Вскоре Вероника услышала громкие восторженные междометия и металлический скрежет. Из всего словесного потока она разобрала только несколько фраз: «Ты?! (Междометия.) Женишься? (Междометия.) Мы здесь каждый год! На закрытии посветим. (Междометия.) Опять решил выступить не как все? (Междометия.) Где она?» Костёр перестал менять цвет, а потом Вероника увидела зеркальщика. Милый старикашка в бордовом камзоле и синих обтягивающих рейтузах появился из-за костра вместе с Олегом, вытер пот со лба, посмотрел прямо на неё и картинно поклонился. Вероника поклонилась в ответ.

Старикашка повернулся к Олегу, удовлетворённо закивал и, растопырив пальцы, начал тыкать ими на площадку между пламенем и Дворцом. Олег покачал головой, показал на соседние костры и тоже стал тыкать растопыренными пальцами вокруг себя.

Они начали спорить.

До Вероники долетали только отдельные фразы: «переменный фокус», «направленный свет», «ослепит», «рассеять»…

Наконец старикашка заливисто свистнул – и тут же свист повторился уже с той стороны дворца. Спор затих. Олег стал мерить шагами расстояние от костра до стены Дворца. Когда с измерениями было покончено, к старикашке с двух сторон подбежали остальные зеркальщики. Маленькие, в таких же бордовых камзолах и синих обтягивающих рейтузах, они выстроились в ряд и почему-то сразу же уставились на Веронику. Она поклонилась всей честной компании, чем вызвала бурю восторгов. Зеркальщики, суетливо размахивая руками, принялись громко обсуждать увиденное.

До Вероники долетали только обрывки коллективной беседы: «лялечка», «куколка», «платьишко», «я бы тоже», «сладкая», «сливки», «простокваша»…

То тебе зеркальная оптика, то вдруг куклы и кулинария.

Вероника заинтересовалась. Любопытство подталкивало её в спину. Сложно устоять на месте, когда тебя так бурно обсуждают. Шаг, ещё один, ещё. О, теперь слышно намного лучше!

Старикашка объяснял ситуацию коллегам:

– Опоздали. Миловались в лесу, колокол пропустили. К танцам, стало быть, не допущены по причине формализьма! А хочется! Ситуация понятна?