– Я тебя не узнаю…
– Помнишь соседскую дочку, Лейлу? С ней однажды произошла история…
– С Лейлой всегда происходят истории!
– Это было тоже на Неделе. Она отказала одному жениху, а он обиделся, созвал дружков и решил ей отомстить. Выследил её в парке и…
– Хватит! Лейла отделалась легким испугом. Разве нет? Её же какой-то летун спас.
– Верно. Он принёс её прямо в дом. Я тогда у них был и всё видел. В общем, летуна этого я хорошо запомнил. Мы даже пообщались немного.
– Зачем ты мне…
– Это его пиджак на Веронике! Не мог он её обидеть. Да и она не выглядит несчастной.
– Но ведь она не хотела замуж за летуна!
– Ага, не хотела! А кто каждый день в сено падает?
* * *
Он шёл к ней той же походкой, что и в зале. Правда, тогда его хватило только на два шага. Стеснительный, робкий мальчишка, растерявшийся перед кругом невест. А сейчас перед кем? Всё «коромысло» притихло. Публика ловит каждый его шаг. Чего это он? Притворяется, что ли? Мог бы и королём подойти. Впрочем, так даже лучше, а то бы она совсем скукожилась. Ноги вон уже деревянные. И в ушах пульсирует. Ещё этот вырез! Теперь всем видно, что у неё коленки дрожат! Но почему? На террасе, когда с Иртеньевым занималась, ничего у неё не дрожало. Хотя там тоже зрители были. Папа смотрел, мама и бабушка. Ещё кучер и конюхи! Хлопали даже. Так что к публике она приучена. А ведь родители и сейчас на неё смотрят! Наверное…
– Ты чего испугалась? – ласково спросил Олег. – Мы просто «сковородки» настроили.
Она схватилась за его правую ладонь.
– Ничего! Всё нормально!
Он приосанился и убрал левую руку за спину.
– Я приглашаю вас на «сливочный» танец. Есть оркестр, есть благодарная публика, но в зале сейчас очень душно, поэтому я заменил паркет на мрамор. Танцевать будем под открытым небом. Площадка отличная. Освещение феерическое. Места много. Думаю, остальные пары к нам вскоре присоединятся. Давайте-ка хорошенько крутанём этот мир. Вы согласны?
– Очень! То есть да, я согласна! С удовольствием!
– Тогда сбрось пиджачок. Расправь плечики – порадуй публику.