— Формально я вообще никогда не работал с ним. Но на самом деле такому человеку, как Визо, совершенно необходим такой человек, как я.

— Ясно, — ответила Катрин, — а какой вы человек?

— Человек, который имеет тайные намерения, когда приглашает на ленч прекрасную девушку.

— Это просто комплимент, — спросила Катрин, — или мне самое время начать нервничать?

Выражение его глаз было совершенно как у Кларка Гейбла, но инстинкт подсказывал ей не доверять ему ни на секунду. Хотя он и оказался прав насчет чизбургеров.

— То ожерелье, которое было на вас прошлым вечером… — сказал Торп, перегибаясь через выщербленный стол и переходя к делу.

— Это довольно прозаично, — ответила она, в душе посмеиваясь сама над собой.

— Не могли бы вы продать его мне?

Предложение ошарашило ее, она опустила руку с чизбургером, не зная, что ответить. Никто и никогда не просил ее продать какое-либо ее украшение, это было бы равносильно тому, если бы он неожиданно предложил купить ее туфли.

— Нет, — наконец произнесла она, — это подарок.

— Ну, бывают подарки… и подарки. — Торп снова вопросительно приподнял бровь. — Это ожерелье довольно древнее… и довольно ценное.

Человек, работавший с Аланом Визо, человек, который, если верить книге, которую она вчера вечером перелистывала, присутствовал вместе с Визо при открытии ассирийских гробниц у Чагар-базара, — этот человек вряд ли посчитал бы даже выдающейся работы ювелирную вещичку викторианской эпохи древней или ценной; поэтому Катрин обескураженно замолчала.

— Я… я не знаю…

— Может, есть еще что-то, чего вы не знаете, — мягко произнес он, складывая руки перед собой и внимательно глядя ей в лицо, — тот, кто подарил вам это ожерелье, вероятно, заполучил его, скажем так, не вполне законно?

Не украл, ВЗЯЛ. Она буквально услышала, как Винсент, посмеиваясь, изображал в лицах нескончаемый спор его друга Мыша с Отцом. И теперь… что-то не сходилось. Мир обитателей туннелей она знала со слов Винсента, но, зная сердцем Винсента, она не могла представить себе, что он будет жить или так или иначе сотрудничать с ворами. Она неуверенно произнесла:

— Я так не думаю…

Торп укоризненно смотрел на нее, как старший брат или дядюшка, осуждающий опасную наивность невинной девушки.

— Есть только одна область, которую я досконально знаю, — сказал он, — и эта область — законодательство о частном владении предметами древности. Если вы не хотите продавать мне ожерелье, то по крайней мере скажите, где вы его достали.

Она отрицательно покачала головой и протянула руку к лежащему рядом с ней красно-голубому шелковому шарфу.