— Подарил тайный обожатель, — сказала она и внутренне усмехнулась, настолько близко к истине было это. Выходя из кафе, она была довольна тем, что в такого рода заведениях каждый платит сам за себя и оплачивает заказ предварительно. — Что ж, Джонатан, мне пора возвращаться на работу.

Он не настаивал на своем — то ли обдумывая все происшедшее, то ли осознавая, как она поняла, что в таком случае ее подозрения только возрастут и принесут ему лишь вред.

— Ладно, — улыбнулся он. Потом он снова понимающе посмотрел на нее и сказал: — Но если вы передумаете и решите продать, то можете рассчитывать на мое молчание.

«Черта с два», — подумала она и вслух произнесла:

— Буду иметь это в виду.

Попрощавшись, она чувствовала, как он смотрит ей вслед, и порадовалась, что не сказала ему ни своего домашнего телефона, ни своего адреса.

Освещенный мягким светом свечей в канделябрах, Отец склонился над планами, расстеленными на восьмиугольном дубовом столе перед ним. На плане 1937 года были показаны инженерные коммуникации, проложенные вдоль Принс-стрит, когда построили целый квартал новых жилых домов, но на нем не было никаких следов от трубопроводов отопления, подходивших к древнему «Баррингтону», небольшому, но роскошному особняку, построенному в двадцатых годах. Если эти трубопроводы не были разрушены или объединены с другими, подходившими к домам позднейшей постройки, где-то здесь должно находиться их соединение с древним, времен Гражданской войны, коллектором, выложенным кирпичом и идущим под Брум-стрит. Надо будет поговорить об этом районе с Винсентом…

Он вздохнул и, сняв очки, протер усталые глаза. Точной схемы коммуникаций под улицами Нью-Йорка не существовало. Ее не было даже в Управлении планировки города, и каждый раз, когда затевались строительство нового здания, ремонт водопровода, прокладка электрических кабелей или новой системы кабельного телевидения, Отец знал это наверняка, инженеры из Управления планировки делали прикидку по трем или четырем различным картам, а потом бурили пробную скважину, чтобы узнать, что же там находится на самом деле. О том же, что находится на самых глубоких горизонтах, оставалось только догадываться. Больше так продолжаться не могло, они не могли больше существовать, передавая знания из уст в уста — даже старожилы вроде Мэри иногда терялись, если они спускались особенно глубоко, например навещали старую Нарциссу в ее пещере под Дворцом ветров. Конечно, Киппер мог научить Эрика и Элли, самых молодых из рожденных под землей, ориентироваться на самых используемых маршрутах, но на это требовалось довольно длительное время, кроме того, всегда случались ситуации, когда люди считали, что они уже прекрасно могут ориентироваться, но на самом деле это было не так. И Отец больше всего боялся, что кто-нибудь, ребенок или новичок, может потеряться в лабиринтах Нижнего мира и погибнуть, прежде чем их смогут найти. Одни только туннели метро тянулись на двести миль, а если подсчитать еще и другие инженерные коммуникации, заброшенные и замурованные подземные переходы, старинные подвалы и используемые водоотводы…