Воин не ответил. Острие меча гуляло из стороны в сторону.

Страх плескался в глазах, животные страх и желание жить.

Инструмент или не инструмент, он по-прежнему боялся смерти, пусть и не первой по счёту.

– Мне тоже жаль, поверь, – тан размахнулся.

– И мне жаль, – последовал ответ. – Я так же мёртв, как и ты.

Выпад. Куда быстрее, чем ожидал Хаген, и память неприятно, болезненно колыхнулась – Бран Сухая Рука и их последняя схватка на Хединсее.

Голубой Меч отбил эту атаку, отбил и две последующие, но ученику Хедина пришлось отступить на шаг.

Упрямство и гордость колыхнулись в груди, заставили прорычать что-то гневное. Воин вновь заставил Хагена отступить, и тот понял – здесь убивать этого врага нельзя, только там, чуть дальше, чтобы две кровавые черты замкнулись бы наконец в одно целое.

Тут хединсейскому тану пришлось пустить в ход всё своё искусство. Воин молча и яростно отмахивался, но с такой силой, что каждая встреча клинков отзывалась во всём теле Хагена острой и мучительной болью, словно молния пробивала его насквозь от кисти до пяток.

Последний шаг не может быть лёгким.

Фигура будет завершена, и долг его, Хагена, перед Третьей Силой – исполнен. Впрочем, он ведь в их полной власти, Орла и Дракона, и что взбредёт им в головы – кто знает?

Кружат, мерно взмахивают в искусственных небесах белые крылья, Демогоргон ждёт.

И точно так же ждёт Сильвия.

Глава 7 Ракот Восставший, Хедин Познавший Тьму

Глава 7

Ракот Восставший, Хедин Познавший Тьму

– Ассгард, владыка? Никогда не ссслыхала.

– И я, и я тоже! – пропищал странным своим голосом Билихос.

– А я слыхала, – подбоченилась Рудиа, сверкнув фиолетовыми глазами.

– Тёмные, – проворчала Сова, шагавшая по другую сторону от Ракота, с поистине стоической выдержкой, не обращая внимания на не слишком любезные взгляды Тёмных. – Ничего не слышат, ничего не знают. Наверное, и про Боргильдову битву не слыхали? Когда Молодые Боги только-только явились в Сущее? Прятались, небось, ты – в болоте, – она ткнула пальцем в бегемотоголового Древнего, – ты – в барханах…