Ни Тай оттолкнул его руку и побежал по трубе, едва не сбив Чертыша, который двигался в обратном направлении с какими-то листками во рту.
Труба отсоединилась от корабля Ни, люк рубки закрылся, и органическая масса снова стянулась поверх него. Джо увидел Ни Тая, склоненного над пультом управления. Потом прижался к стеклянной стене и смотрел, как полый метеор на автопилоте несется навстречу яростному свету. Щурясь провожал его взглядом, пока не защипало веки. Голос Ни рыдал в динамиках еще с минуту после того, как корабль пропал из виду. Джо потер лоб и отвернулся от стекла. Чертыш сидел на своих листках и жевал отогнутый уголок.
– А это что?
– Стихи Ни Тая, – отвечал Ком. – Последние, над которыми он работал.
– Чертыш, ты что, украл их? – строго спросил Джо.
– С таким человеком, как Ни, иначе нельзя. Приходится отнимать стихи, пока он их не уничтожил. Так и было собрано все, что мы имеем из его работ. Это ведь случалось и раньше, – устало пояснил Ком.
– Но Чертышу-то откуда было знать про это? – Джо повернулся к котенку и как мог сердито изрек: – Воришка!
– Ты недооцениваешь своего чертокотика, – сказал Ком. – У него далеко не симплексный разум.
Джо нагнулся и выдернул из-под Чертыша листки. Чертыш нехотя перекатился на спину и пару раз цапнул лапкой его руку. Сжимая листки, Джо забрался под стол.
11
11
Десять часов спустя Джо вылез из-под стола, медленно подошел к стеклянной стене и стал снова прищурясь смотреть на белого карлика. Потом отвернулся, выдул три ноты из окарины и устало уронил руку:
– У Ни Тая самое мультиплексное сознание из всех, кого я встречал.
– Возможно, – сказал Ком. – Но значит, теперь и у тебя такое же.
– Надеюсь, он не врежется в солнце.
– Не врежется, если встретит на пути что-то более интересное.
– Там же почти ничего нет.
– Ему много и не нужно.
– Помнишь, ты говорил про мультиплексный разум и множество точек зрения? Ты прав, мою точку зрения он перехватил полностью. Даже не верится, что так бывает!
– Осознать мультиплексность чужого сознания можно, лишь будучи мультиплексом. Логично, да?